Сама себе Ведьма

Информация о пользователе

Привет, Гость! Войдите или зарегистрируйтесь.


Вы здесь » Сама себе Ведьма » ДЕМОНОЛОГИЯ » Лилит


Лилит

Сообщений 1 страница 14 из 14

1

Лилит

[img2]aHR0cDovL3MxLnVwbG9hZHMucnUvaDNLQk8uanBn[/img2]

Лилит (лат. Lamia, связывается с евр. Lyl, «ночь») - Ибо до Евы была Лилит»,— гласит «древнееврейский текст. Легенда о ней вдохновила английского поэта Данте Габриэля Россетти (1828—1882), и он написал поэму «Райская обитель». Лилит была змея, она была первой женой Адама и подарила ему
Существ, что извивались в рощах и в воде, Сверкающих сынов, блестящих дочерей.
Еву Бог создал потом; чтобы отомстить женщине, жене Адама, Лилит уговорила ее отведать запретный плод и зачать Каина, брата и убийцу Авеля. Такова первоначальная форма мифа, которой следовал и которую развил Россетти. В течение средних веков под влиянием слова «лайил», что на древнееврейском означает «ночь», легенда приняла другой оборот. Лилит стала уже не змеей, а духом ночи. Иногда она — ангел, ведающий рождением людей, иногда демон, который осаждает спящих в одиночку или бредущих по дороге одиноких путников. В народном воображении она предстает в виде высокой молчаливой женщины с длинными черными распущенными волосами.

Лилит - часто в форме множ. числа не только жен., но и муж. рода; народная этимология связывает с евр. «ночь»), злой дух, обычно женского пола, в иудейской демонологии. В Библии упоминается однажды (Ис. 34, 14; ). Имя восходит к именам трёх шумерских демонов: Лилу, Лилиту и Ардат Лили; первый и второй - инкуб и суккуб. В роли суккуба Лилит выступает и в еврейской традиции: она овладевает мужчинами против их воли с целью родить от них детей. Поэтому Талмуд («Шаббат» 151 б) не рекомендует мужчинам ночевать в доме одним. Адам и Ева, будучи в «отлучении» в течение 130 лет, породили духов, дивов и лилит (множ. число муж. рода), сожительствуя с ними («Берешит рабба» 20; «Эрубин» 18 б). Однако в иудейском быту Лилит особенно известна как вредительница деторождения (ср. Ламашту). Считалось, что Лилит не только наводит порчу на младенцев и изводит их, но похищает (пьёт кровь новорожденных и высасывает мозг из костей) и подменяет их; ей также приписывались порча рожениц и бесплодие женщин. Согласно Талмуду, Лилит волосатая («Эрубин» 18 б), крылатая («Нидда» 24 б), она - мать Ахримана («Баба Батра» 7 За). В арамейском переводе кн. Иова (1, 15) слово «Саба» переведено как «Лилит, царица Змаргада» (изумруда; вероятно, отождествление с царицей Савской).
Согласно одному преданию, Лилит была первой женой Адама: бог, сотворив Адама, сделал ему из глины жену и назвал её Лилит. У Адама с Лилит сразу же возник спор. Лилит утверждала, что они равны, так как оба сделаны из глины; не сумев убедить Адама, она улетела. В Красном море её настигли три ангела, посланные богом. Л. отказалась вернуться и заявила, что создана, чтобы вредить новорожденным. Ангелы взяли с неё клятву в том, что она не войдёт в дом, в котором увидит их самих или их имена. Она приняла на себя наказание: отныне будут ежедневно умирать сто из её детей. В одном из заговоров для роженицы и новорожденных (в каббалистической книге «Разиэл», 13 в.), который повторяет этот сюжет, вместо Лилит выступает Первая Ева. Первая Ева упоминается и в «Берешит рабба» 12: о ней говорится, что она обратилась в прах еще до сотворения Евы. Согласно «Зогар» (11, 267 б), Лилит стала женой Самаэля, матерью демонов. Один из наиболее распространенных текстов заговоров для роженицы (известный на многих языках народов Ближнего Востока и Восточной Европы и применяемый позже против дурного глаза и разных болезней) рассказывает, как некий святой (Илья, Михаил, Сисиний и др.) в дороге (часто - спускаясь с горы) встретил ведьму (часто - у моря) и спросил, куда она направляется. Услышав, что она идёт в дом роженицы с целью повредить ей, он заставил её назвать все свои 9 (12, 40) имен и поклясться, что она не повредит роженице и младенцу, если увидит в доме все свои имена. Амулеты и заговоры для рожениц против Лилит должны были содержать не только имена трёх ангелов (пытавшихся возвратить Лилит), но и имена самой Лилит [некоторые из них: Батна (евр.-арам., «чрево»), Одем («краснота»), Аморфо (греч., «не имеющий формы»), «Мать, удушающая дитя», имя из сирийского текста]. Тексты заклинаний арамейских и мандейских магических чаш используют против Лилит формулу развода (свидетельство того, что Лилит воспринималась и как суккуб). Лилиты во главе с их матерью и предводительницей Руха (дух) часто упоминаются в мандейских текстах.
. Благодаря большому интересу к каббале в Европе эпохи Возрождения предание о Лилит как первой жене Адама стало известно европейской литературе, где она обрела облик прекрасной, соблазнительной женщины. Такое представление о Лилит появляется и в средневековой еврейской литературе (хотя в еврейской традиции красивая внешность Лилит связана с ее способностью менять свой облик). Известны, например, рассказы о том, как Лилит в облике царицы Савской соблазнила бедняка из Вормса. О каббалисте Иосифе делла Рейна рассказывали, что он добровольно предался Лилит. Представление о прекрасной, магически соблазнительной Лилит лежит в основе рассказа А. Франса «Дочь Лилит» и поэмы А. Исаакяна «Лилит», где прекрасная, «неземная», сделанная из огня Лилит противопоставляется «простой», обыденной Еве. Такое же противопоставление Лилит Еве выступает в стихотворении М. Цветаевой «Попытка ревности». Шотл. писателю Дж. Макдональду принадлежит роман «Лилит»
Лилит (лат. Lamia, связывается с евр. Lyl, «ночь») – злой дух, обычно женского пола, в иудейской демонологии. Имя Лилит связано с именами трёх шумерских демонов – Лилу, Лилиту и Ардат Лили. Она овладевает мужчинами против их воли с целью родить от них детей. Поэтому Талмуд не рекомендует мужчинам ночевать в доме одним. Лилит особенно известна как вредительница деторождения. Считалось, что она не только наводит порчу на младенцев и изводит их, но похищает (пьёт кровь новорождённых и высасывает мозг из костей) и подменивает их, Лилит предпочитает мальчиков до семилетнего возраста. Ей также приписывались порча рожениц и бесплодие женщин. Согласно Талмуду она длинноволосая и крылатая. По поверьям её волосы обладают губительной силой. По некоторым приданиям Лилит была первой женой Адама: бог сотворив Адама, сделал ему из глины (или из пыли) жену и назвал её Лилит. У Адама с Лилит сразу же возник спор. Лилит утверждала, что они равны, так как оба сделаны из глины; не сумев убедить Адама, она улетела. В Красном море её настигли три ангела (Санви, Сансанви, Семангелаф), посланные богом. Её застали в тот момент, когда она метала икру, производя на свет множество демонов. Лилит отказалась вернуться в Эдем и заявила, что создана, чтобы вредить новорождённым. Ангелы взяли с неё клятву в том, что она не войдёт в дом, в котором увидит их самих или их имена. Она приняла на себя наказание: отныне будут ежедневно умирать сто из её детей. Согласно «Зогар» она стала женой Самаэля, матерью демонов. Красивая внешность Лилит связана с её способностью менять свой облик. Известны, например, рассказы о том, как Лилит в образе царицы Савской соблазнила бедняка из Вормса. Один заговор для роженицы рассказывает, как святой Илья (Михаил, Сисиний или др.) спускаясь с горы в дороге встретил у моря ведьму и спросил, куда она направляется. Услышав, что она идёт в дом роженицы с целью повредить ей, он заставил её назвать все свои 9 имён и поклясться, что она не повредит роженице и младенцу, если увидит в доме свои имена. Амулеты и заговоры против Лилит должны были содержать не только имена трёх ангелов, пытавшыхся возвратить Лилит, но и имена самой Лилит. Некоторые из них: Батна (чрево), Одем (краснота), Аморфо (неимеющая формы). Лилит входила в число десяти архидьяволов.

0

2

Лили́т (ивр. לילית) — первая жена Адама в еврейской мифологии. Упоминается в некоторых ранних апокрифах христианства, не вошедших в библейский канон. В еврейском тексте книги Исаии, повествующей о запустении Идумеи после Божественного суда (Ис.34:14), предсказывается появление ночного привидения (lilith). Упоминается в Свитках Мёртвого моря, Алфавите Бен-Сира, Книге Зогар.
Согласно преданию, расставшись с Адамом, Лилит стала злым демоном, убивающим младенцев (этот персонаж присутствует и в арабских мифах). В Междуречье подобное имя носит ночная демоница, которая убивает детей и издевается над спящими мужчинами (упоминаются также и мужчины «лилу»).
Имя Лилит встречается в Эпосе о Гильгамеше во втором тысячелетии до н. э.
Лилит в еврейской традиции

Еврейские источники говорят о двух Лилит:
Старшая Лилит — жена Самаэля, царица и мать демонов.
Младшая Лилит — супруга Асмодея.
При этом речь идет о двух ипостасях одной дьяволицы.
Самаэль часто отождествляется с Сатаной.

Согласно Алфавиту Бен-Сиры, первой женой Адама была Лилит.[4] Она не пожелала подчиняться своему мужу, так как считала себя таким же творением бога Иеговы[6], как и Адам.
Произнеся тайное имя бога Ягве, Лилит поднялась в воздух и улетела от Адама. Тогда Адам обратился к Ягве с жалобой на бежавшую жену. Ягве послал вдогонку трёх ангелов, известных под именами Сеной, Сансеной и Самангелоф (Snvi, Snsvi, и Smnglof) .
Три ангела застигли Лилит у Красного моря, и она наотрез отказывалась вернуться к мужу.
После угрозы убить её Лилит поклялась, что она была послана богом и что, хотя её «функцией» является убийство младенцев, она пощадит любого ребенка, защищенного амулетом или пластинкой с её именем (вариант — именами ангелов). Ангелы наказали её. Есть три версии этого наказания в литературе: сотня её младенцев будет умирать каждую ночь; она обречена рождать детей — демонов; или бог сделает её бесплодной.
В иудейском быту волосатая и крылатая Лилит особенно известна как вредительница деторождения. Считалось, что она не только наводит порчу на младенцев, но и похищает их, пьёт кровь новорожденных, высасывает мозг из костей и подменяет их. Ей также приписывалась порча рожениц и бесплодие женщин.
Именно легенды, говорящие о Лилит как об убийце новорожденных, объясняют традицию вешать амулет с именами ангелов возле колыбельки еврейского ребёнка. Амулеты и заговоры для роженицы против Лилит должны содержать не только имена трёх ангелов, пытавшихся возвратить её, но и некоторые имена самой Лилит: Батна (чрево), Одем (краснота) или Аморфо (не имеющая формы). Также с этим преданием связана традиция повязывания красной нитки на руку (обычно младенцу) — считается, что Лилит боится красного цвета. Особенно опасна ночь перед обрезанием младенца — чтобы уберечь ребёнка от Лилит, его отец должен всю ночь напролёт читать отрывки из «Зогар» и других книг Каббалы.

В каббале Лилит — дьяволица, являющаяся во сне неженатым молодым мужчинам и соблазняющая их.
Согласно Bacharach, ' Emeq haMelekh, меж Лилит и Самаэлем находится слепой Дракон. Дракон кастрирован, «чтобы яйца гадюки (ехидны) не вылупились в мир». Те, кто вылупляется из таких яиц, называются Лилин. Они покрыты волосами целиком, за исключением только головы.
В Средние века легенда несколько изменилась: Лилит стала уже не змеёй, а духом ночи. Иногда она предстаёт в виде ангела, ведающего рождением людей, иногда — демоном, досаждающим спящим в одиночку или одиноко бредущим по дороге. В народном воображении она предстаёт в виде высокой молчаливой женщины с длинными чёрными распущенными волосами.
Согласно каббалистической книге Зогар, Лилит стала женой Самаэля и матерью демонов.

0

3

Лилит в современной демонологии

Лилит в современной демонологии — уже не только богиня, пожирающая детей. Являясь подругой Сатаны (или Самаэля), она соответствует в той или иной степени всем дьяволицам, всем Чёрным Богиням. В этом случае она отождествляется с Кали, Умой и Парвати, Гекатой, Хель и Эрешкигаль, хотя некоторые традиции четко разделяют Тёмных Богинь. Зачастую также речь идет о старшей и младшей Лилит, например, в «Люциферианском Ведьмовстве» Майкла Форда (Luciferian Witchcraft, Michael Ford).

В этом смысле в имени Лилит скрыто значение — Тёмная Мать, Черная женственность. В любом случае, сохраняется и изначальное значение — Чёрная Богиня, губительница зародышей Света.
Исключением является Лавеевская традиция. В ней Лилит почти не упоминается. В остальных случаях её упоминают среди высших дьяволов:
Мать Жизни и Смерти согласно материалам Templium Lilithi (Храма Лилит).
….Из бездонных глубин предначального Мрака восстала в явь Ты, о Мать Жизни и Смерти, Мать всех колдовских чар, Дьявольских Искусств и сокровенного мастерства порождений древнейшей Ночи, Дарительница губительной тайны огненного бытия. Ты породила малых и великих Нечистого Племени и увлекла их за собой на штурм небесного града…

Мать Демонов согласно Книге Десяти Воззваний (Codex Decium) Валентина Скавра.
О, Мать Лилит, Мать Демонов,
К Тебе взываю, Тебя приглашаю…
Царица Тьмы и нечистых чар,
Лица Твои — Ночь и Ужас,
Сердце Твое — средоточие Зла.

Одна из 11 высших дьяволов и супруга Сатаны в Либер Азерате (Liber Azerate), изданной Храмом Чёрного Света (TOTBL).
От Адрамелека, властителя всей красоты, ослепляющей слабых, яд ярящегося хаоса потёк дальше и создал десятую антикосмическую богиню, Лилит, и восьмое остриё Разомкнутой Пентаграммы.
От Лилит, царицы тёмных измерений и княгини ярящегося хаоса, холодное семя дракона смерти потекло дальше и создало одиннадцатую антикосмическую демоницу, принцессу Нааму, и десятое остриё Разомкнутой Пентаграммы.

Мать Каина и супруга Сатаны в книге Майкла Форда «Люциферианское Ведьмовство» (Luciferian Witchcraft, Michael Ford)
Методология совершения этого великого греха такова — зороастрийские и еврейские жрецы писали, что Ариман-Самаэль не имеет способности к предвидению, так что лишь через соединение с Лилит, Невестой, которая также является огнём и Тьмой, как и её близнец, может стать целостным Противником и обрести способность предвидеть, а также управлять их страстями. Этот сама суть процессов Магии, пути Yezer Ha-Ra, воплощение страстей Мага. (M.Ford, Liber HVHI)

Одна из девяти высших дьяволов в «Полной Книге по Демонолатрии» (The Complete Book of Demonolatry).
Лилит. В еврейском мифе первая жена Адама. Позднее жена Сатаны. Согласно многим Демонологам, Лилит управляет суккубами. О Лилит говорят, что она стремится уничтожать новорожденных младенцев. По этим причинам евреи ввели практику написания формул на дверях, предназначенных, чтобы вынудить Лилит уйти.
Лилит — княгиня (принцесса) Ада.

Мать племени демонов в Inferion.
Я — матерь племени Демонов.
Как ночь, я являю атрибуты своей власти.
Мое немилосердное присутствие
Обескровливает Вселенную.

Необходимо отметить, что перечисленные труды относятся к различным традициям, имеющим разный взгляд на действительность.

0

4

Под именем Лилит в астрологии понимаются различные объекты:
Апогей орбиты Луны. Также этот объект называют Чёрной Луной. Немаловажно, что апогей может быть истинным или кажущимся. В современной астрологии рассматриваются оба варианта.
Второй фокус лунной орбиты. Также этот объект называют Чёрной Луной.
Неподвижная звезда Алголь.
Астероид N 1181
Гипотетическая планета.
Гипотетическая планета. В 1898 году доктор Георг Вальтемас из Гамбурга объявил об открытии нескольких дополнительных спутников Земли. Спутник обнаружить не удалось, но по указаниям Вальтемаса астролог Сефариал рассчитал «эфемериды» этого объекта. Он утверждал, что объект настолько чёрен, что его невозможно увидеть, за исключением времени противостояния или пересечения объектом солнечного диска. Сефариал также утверждал, что Чёрная Луна имеет такую же массу, как и обычная (что невозможно, поскольку возмущения движения Земли при этом несложно было бы обнаружить).
В настоящее время эта планета не используется ни в астрономии, ни в астрологии.[источник не указан 455 дней]
На данный момент установилось исключительное соответствие имени Лилит и апогея (или второго фокуса) орбиты Луны. Эти две точки проецируются в свою очередь в одну точку натальной карты (всегда), поэтому их качества для астрологов неразличимы.
Изображается в виде неполной Луны чёрного цвета над перевернутым или равносторонним крестом, рога серпа смотрят при этом вправо.
Этой точке соответствует 8-й дом и знак Скорпиона, что связывает ее со смертью и роком.
Существует представление, что Лилит обозначает проявления зла через ложь, обольщение злом и неправильный выбор, а также искушение.
По мнению других астрологов, она имеет первоначальное значение в каждой судьбе, отмечая собой ту точку Зодиака, где свершается предначертанное.
В более современных источниках Лилит (Чёрная Луна) часто связывается с Юнговским архетипом Тени. В данном случае она показывает скрытые, неосознаваемые стороны человека.
Также Чёрную Луну называют точкой тёмного духа. В данном случае она определяет собой ведьмовские способности рождённого. Также она показывает объекты сильного неосознаваемого (бессознательного) притяжения.

0

5

Амбивалентность образа Лилит в народной еврейской демонологии и народные магические приемы, направленные на борьбу с ней

автор: Елена Носенко

Образ Лилит занимает центральное место в еврейской демонологии. Это можно сказать как о «высокой» культуре, так и о народной. Этот образ претерпел сильную трансформацию на протяжении веков; легенды о Лилит обнаруживают также влияние фольклора различных народов. Цель данной работы - показать, как видели и представляли Лилит в народной еврейской культуре, поэтому я лишь в самых общих чертах коснусь вопроса о происхождении и эволюции этого образа в культуре книжной.
Имя Лилит возводят к шумеро-аккадской мифологии (к шу-мерск. - воздух), где были известны три демона: Лилу, Лилиту и Ардат Лили; по другой версии их было четыре - вместе с Ирду Лили (Урдат Лили) из них Лилу - считался инкубом, а Лилиту -суккубом, совокуплявшимся со смертными мужчинами. Все три (четыре) духа считались вредоносными, так, Ардат Лили наносил разного рода ущерб мужчинам, в то время как прочие вредили роженицам и младенцам. На вавилонских терракотовых барельефах Лилит(у) изображалась в виде хорошо сложенной обнаженной женщины, крылатой и стоящей на львах; по-видимому, она не была низшим божеством (Patai, 1967. С. 208). В ассирийской мифологии сходными функциями - наносить урон женщинам во время родов и новорожденным - был наделен демон женского пола Ламашту. По-видимому, Лилит - крылатый демон женского пола, душительница детей, упоминается и в некоторых древнееврейских и ханаанских надписях-заклинаниях вв. до н.э. из Северной Сирии (Арслан-Таш). В этих надписях духа-душителя младенцев заклинают не входить в дом, но не все исследователи уверены в том, что в этих надписях упоминается именно Лилит (Patai, 1967. С. 208). Во всяком случае, персонаж такого рода -крылатый демон женского пола, губящий детей и рожениц и/ или совокупляющийся со смертными мужчинами можно считать общим и для мифологии восточно- и западносемитских народов.
Однако в Библии Лилит упоминается лишь один раз, в кн. Исайи (34 :14), и это упоминание довольно туманно. В этом отрывке говорится о Лилит, отдыхающей в пустыне, где обитали также козлоподобные демоны-сеирим. Роль пустыни в культуре древних евреев была очень значительна, она считалась обиталищем разного рода нечистой силы, царством смерти и, таким образом, отождествлялась с нижним миром и сакральной нечистотой. Заметим, что в синодальном русском переводе это место переведено: «там (в пустыне - Е.Н.) отдыхает ночное привидение» (по-видимому, это имя возводится здесь, как и позднее, в еврейской народной этимологии, к ивритскому лайла - ночь; в Вульгате это имя переведено как lamia< - ночной демон-вампир женского пола). Любопытно, что в демонологии самаритян имя Лилит вообще отсутствует (Gaster, 1925. С. 81). Это можно считать довольно показательным, если учесть, что самаритянская демонология довольно скудна, мало разработана и по своему характеру, возможно, сходна с древнееврейской демонологией эпохи 1 Храма. По-видимому, до начала талмудической эпохи древние евреи были знакомы с образом этого демона, возможно, заимствованным из шумеро-аккадской демонологии, но он не играл в системе их представлений о нечистой силе большой роли.
В Ветхом Завете немало следов древнейших языческих верований, существовавших как до утверждения монотеизма, так и довольно длительное время после него. Вполне возможно, что некогда злые духи были языческими божествами, в том числе заимствованными из пантеонов соседних народов, и имели свои культы. По мере борьбы с язычеством иноземные божества трансформировались в добрых или чаще вредоносных духов, опасных для людей; им также нередко приносили жертвы. Эта ранняя мифология вошла в апокрифическую литературу, Новый Завет, свитки Мертвого моря, а позднее - в Талмуд, мидраши и особенно в мистическую традицию, включая книгу Зогар.
В Талмуде образ Лилит разработан более детально. Она изображалась как крылатый демон с длинными волосами, обитающий в пустых домах и овладевающий мужчинами во сне против их воли (Шабат, 151b); нередко она - жена Аримана (Ангро-Манью), в чем, несомненно, сказывается влияние иранской мифологии (Нида, 24b; Эрувин 100b<). Верили также в существование лилин или лилот - ночных духов, не имевших, однако, отношения к образу Лилит. В некоторых мидрашах, восходящих к книге Бытия (например, в «Алфавите Бен-Сиры» – мидраше эпохи гаонов, и др.), Лилит – первая жена Адама, сотворенная одновременно с ним и желавшая быть равной ему. После того как ей в этом было отказано, она, произнеся непроизносимое имя Б-га, стала демоном, поклявшимся вредить роду человеческому, особенно роженицам и новорожденным, и улетела на Красное море. Но по просьбе Адама Б-г послал трех ангелов (Санви, Сансанви, Самангелафа), ограничивших власть Лилит. Так, она, хотя и отказалась вернуться и продолжала утверждать, что будет вредить роженицам и младенцам, все же была вынуждена дать клятву, что не войдет в дом, где на амулетах будут написаны имена или нарисованы изображения этих ангелов. Таким образом, в «Алфавите Бен-Сиры» Лилит упоминается как «первая Ева», кроме того, здесь впервые говорится об амулетах против нее (Scholem, 1973. Col. 246). Согласно другой, по-видимому, более ранней традиции, Лилит изначально была демоническим существом, губящим новорожденных и женщин во время родов (подробнее см: Папазян, 1988. С. 55; Goldstein, 1980. <С. 26; Unterman, 1991. С. 120; Patai, 1967. С. 209-211). Демоны и разные духи, согласно традиционным представлениям, были созданы Б-гом после сотворения мира на исходе первой недели, то есть в конце шестого дня Творения. Таким образом, Лилит, как и все прочие демоны, первоначально была включена в божественный план Творения. Но так как шестой день подходил к концу и наступала Суббота (Шабат), которую надлежало освятить и пребывать «в покое», Б-г был вынужден прервать Свою работу. В результате создание демонов не было завершено и они не получили телесной субстанции, состоя лишь из одной духовной (Авот 5:6). Некоторые ученые авторитеты, правда, не соглашались с такой трактовкой, полагая, что демоны могут иметь и телесную оболочку. Согласно этой точке зрения, демоны – нечто среднее между ангелами и людьми. У них нередко есть крылья, как у ангелов, и они могут передвигаться по воздуху с огромной скоростью. Они также едят, пьют, производят потомство, как люди, иногда даже умирают. Они обычно невидимы (хотя в определенных обстоятельствах их можно видеть) и не отбрасывают тени (Trachtenberg, 1961. С. 31).
Согласно этой точке зрения, восходившей к очень древней традиции (возможно даже к шумеро-аккадской мифологии), Лилит изначально была демоном-суккубом, вступавшим в сексуальные сношения с Адамом в отсутствие Евы с целью родить от него детей; порождения Лилит заполняют весь мир (Scholem, 1973. Col. 246; Patai, 1967. С. 211).
Демонология в Талмуде испытала явное влияние народных представлений и фольклора (вавилонского, персидского, древнееврейского). Соответственно, многие сюжеты Талмуда и мидрашей, претерпев более или менее значительную трансформацию, вошли в более позднюю фольклорную традицию различных еврейских общин. На арамейских надписях, вычеканенных на чашах, найденных в Ниппуре и датируемых примерно VI в. н.э. (в это время в Ниппуре существовала еврейская колония), упоминается Лилит как демон, особенно опасный для женщин в некоторые периоды их жизни (дефлорация, менструации, роды), а также младенцев. На этих чашах имеется также изображение Лилит – обнаженной, с длинными распущенными волосами, с подчеркнутыми половыми признаками. Она – не только губительница рожениц и младенцев, но и соблазнительница мужчин. Ее двойник – Лилу – демон мужского пола овладевает женщинами против их воли (подробнее см.: Patai, 1967. С. 211-217). Эти представления были распространены также среди мандеев. Демон женского пола, губящий детей, известен в литературе Византии соответствующего периода. Сходные легенды имеются в арабской демонологии, где демон, во многом аналогичный Лилит, носит имя Карина или Таби'а (Scholem, 1973. Col. 247). Все эти воззрения, как я уже говорила, восходят к очень древнему пласту религиозных верований, в том числе, к представлению о вавилонской Ламашту и еще более ранним образам.
В еврейском фольклоре, по преимуществу нашла отражение традиция, согласно которой Лилит изначально была демоном. Описания демонических существ и их действий в фольклоре (особенно в фольклоре сефардов и восточных общин), как правило, очень конкретны. В более поздних фольклорных произведениях демоны, в том числе Лилит, все больше изображаются как люди, хотя и наделенные рядом необычных свойств. Особенно ярко это заметно в фольклоре многих восточных общин, в котором демоны нередко практически полностью «очеловечены». В некоторых ашкеназских преданиях, как будет показано ниже, образ Лилит тоже вполне конкретен, иногда даже снижен.
Особое значение приобрел образ Лилит в каббалистической традиции, где Лилит выступает в качестве одной из «цариц» демонов; «нововведением» является то, что она нередко упоминается в паре с Самаэлем как повелительница царства злых сил (Goldstein, 1980, С. 27; Unterman, 1991, С. 120). Этот образ занял одно из центральных мест в каббалистической демонологии. Лилит, как и прочие демоны, подчинена планете Марс и живет долго, до Страшного Суда. Она – одновременно душительница новорожденных младенцев (иногда эту функцию выполняет другая «царица демонов» – Неама / Наама) и соблазнительница мужчин (она совокупляется с ними во время ночных поллюций и порождает огромное число демонов мужского и женского пола). Она также имеет власть над всеми людьми, считающимися ритуально нечистыми.

0

6

В книге Зогар приводится подробное описание власти и генеалогии демонов, в том числе Лилит, а также различные версии появления Лилит на свет. Ее называют «ведьмой», «злодейкой», «черной» и пр. Она нередко выступает совместно с другими «царицами демонов» Аграт, Махаллат и Наамой. Некоторые каббалисты считали ее женой Ашмедая (Асмодея). В Каббале скорее преобладает вторая традиция изображения Лилит, согласно которой она изначально была демоном, но потом приняла человеческий облик в результате сношения с Адамом, в чем сказалось влияние распространенного в Европе в средние века учения о суккубах иинкубах. Иногда ее отождествляли с царицей Савской, явившейся ко двору царя Соломона. Царь, однако, заподозрил неладное и, желая проверить свою догадку, устроил во дворце, где он принимал ее, водоем, покрытый прозрачным стеклом. Мнимая царица, войдя и подумав, что ей надо ступить в воду, подобрала подол платья, обнажив свои покрытые шерстью и заканчивавшиеся копытами ноги, выдававшие ее демоническую природу (Unterman, 1991, С. 120).
Этот сюжет и его различные варианты стал весьма распространенным в фольклоре различных еврейских общин. Интересно, что в арабском фольклоре царица Савская – джинн, существо полудемонической, получеловеческой природы (Scholem, 1973. 1973, Col<. 248). Иногда в каббалистических сочинениях Лилит подчиняется власти не Марса, но Сатурна – планеты, которая еще в эпоху 1 Храма считалась зловещей; поэтому все люди, расположенные к меланхолии – «черному состоянию духа», особенно подвержены ее (Лилит) власти. Это представление также нашло отражение в фольклоре и в более поздней идишской литературе. Вообще в каббалистической литературе образ Лилит занял одно из центральных мест, будучи противопоставлен Шхине (Божественному присутствию), Матронит (воплощению женственного начала) и пр. (подробнее см.: Patai, 1967).
Каббалистическая традиция оказала значительное влияние на еврейский фольклор. Однако в нем, а также в магической практике, направленной на борьбу с Лилит, нашли также отражение фольклор и магическая практика окружавших евреев народов. Так, в ашкеназском фольклоре образ Лилит иногда сливается с образом Елены Троянской или некоторых персонажей из германской мифологии. С другой стороны, каббалистические представления оказали несомненное влияние на воззрения ряда европейских народов и в особенности европейских мистиков. Так, в средневековых европейских легендах Лилит также иногда называют женой или сожительницей Сатаны (например, в английском фольклоре), или его бабкой (в фольклоре немецком, где она иногда описывается как танцующая соблазнительница – обычный мотив еврейского фольклора, в том числе новозаветного – например, легенде о Саломее, а позднее в ашкеназских заклинаниях против Лилит, предстающей в образе царицы Савской).
В народных легендах Лилит в первую очередь воспринималась как демон женского пола, похищающий детей, губящий новорожденных, а также вредящий роженицам. Народная этимология связывает имя Лилит со словом лайла – ночь, поэтому большинство сюжетов, где фигурирует Лилит, происходят ночью. Интересно, что в народных преданиях сефардов наряду с Лилит выступает также другой демон – Броша или Брокса (чье имя производят от испанск. bruxa, провансальск. bruesche – ночная птица) – тоже губящий детей. Иногда Брокса / Броша называли оборотнем женского пола, превращавшегося по ночам в кошку; иногда так называли просто ведьм (Trachtenberg, 1961. Р. 11). Это показывает, что сходные представления о демоне или оборотне женского пола, вредящем людям, были широко распространены у различных народов. Трудно сказать, что и в каком случае может быть результатом межкультурных взаимодействий. Однако мотив сексуальной связи духов и людей обоего пола (в данном случае демонических соблазнительниц и мужчин) является архетипическим.
В еврейском фольклоре получил распространение сюжет о связи мужчины (обычно имеющего семью) с очень красивой женщиной, которая отождествлялась то с самой Лилит, то с одним из ее порождений. Другой, не менее распространенный сюжет – женитьба мужчины на демоне женского пола (также, по-видимому, одной из дочерей Лилит). Существовало великое множество вариантов обоих сюжетов, но в большинстве легенд «земная» жена так или иначе догадывается об измене мужа (подсматривает в замочную скважину, узнает от соседки, которая что-то видела и пр.) и по ее сверхъестественной красоте понимает, что ее соперница – существо демонической природы. Женщина просит раввина помочь ей вернуть мужа и тот с помощью специальных заклятий или других магических приемов (например, при помощи окуривания неверного мужа дымом от сжигания особых трав) изгоняет Лилит (или ее порождение).
Мне встретился даже комический вариант такой легенды. Согласно ей, муж, соблазняемый Лилит, по совету раввина назначает ей очередное свидание на сеновале и приносит туда особую траву – оберег от Лилит. В результате у Лилит начинается сенная лихорадка, она беспрестанно чихает и в конце концов обращается в бегство и более не преследует этого мужчину (Sadeh, 1990. Р. 80-81). Этот тот самый момент «снижения» образа Лилит, о котором я уже говорила, – прием, вообще характерный для фольклора различных народов.
Но обычно изгнать порождения Лилит удавалось с большими трудностями. Например, известно несколько вариантов сюжета из ашкеназского фольклора (сказок, распространенных преимущественно у польских и украинских евреев). Согласно этой версии, Лилит удается изгнать лишь временно, в момент же смерти бывшего возлюбленного Лилит (или дочь Лилит) является к нему и упрашивает его не лишать их общих детей полагающейся им доли наследства. Таким образом, порождения Лилит становились законными наследниками ее бывшего возлюбленного и через какой-то, иногда довольно длительный, срок предъявляли свои права его смертным детям или более отдаленным потомкам.
В некоторых вариантах порождения Лилит требовали своей доли наследства даже у совершенно посторонних людей, поселившихся в доме, где некогда проживал возлюбленный Лилит – это случалось, если вся семья погибала. Порождения Лилит начинали портить находившееся в доме имущество, всячески вредить живущим в нем людям и даже нападать на них. В некоторых легендах демоны захватывают весь город.
После того как все попытки изгнать их известными магическими способами кончались ничем, люди и порождения Лилит приходили к соглашению решить дело в суде, на который демоны являлись невидимыми, но голоса их были слышны. Суд обычно постановлял лишить их наследства, так как завещание покойного считалось действительным лишь для людей, но не для потусторонних сил. В ряде случаев демоны подчинялись решению суда, но иногда требовались добавочные меры – произнесение знаменитым раввином особого заклинания, изгонявшего бесов в безлюдное место (Trachtenberg, 1961. Р. 617-620; Treasury, 1972. Р. 618-620; Sadeh, 1990. Р. 77-7Cool

0

7

Очень распространен также в фольклоре разных общин, особенно восточных, сюжет о женитьбе мужчины, оказавшегося в стране демонов, на прекрасном демоне женского пола, нередко отождествляемом с дочерью Лилит. Согласно этим легендам (впервые вариант одной из них встречается в XIII в.), молодой человек, не имеющий средств на содержание своей семьи, отправляется на заработки. Проезжая мимо безлюдного места, он встречает незнакомца, который завлекает его в край, населенный демонами, которые, однако, чтут Тору и боятся Бога. Молодой человек остается у них, женится на демоне женского пола, и у них рождаются дети (тоже демонической природы). Но, мучимый тоской по прежней семье, человек упрашивает свою жену-демона (иногда – порождение Лилит) отпустить его на определенный срок домой (на месяц, на год), при этом с него берут страшную клятву вернуться назад точно в срок, помогают добраться домой и дают денег, чтобы его прежняя семья в дальнейшем ни в чем не нуждалась. Однако, вернувшись домой, молодой человек вольно или невольно забывает о своей клятве. Демоны вызывают его через посланцев, но он отказывается вернуться. Тогда егожена-демон, в облике ослепительно прекрасной женщины, сама (иногда вместе с их детьми) является за ним. Сначала она пытается уговорить человека, соблазняя его или взывая к его отцовским чувствам, при этом он непрерывно читает Тору, чтобы оградить себя от искушения. Тогда она, признав свое поражение, просит у него разрешения поцеловать его на прощание (в другом варианте она обращается в суд для решения своего дела и, после того как суд признает ее правоту, тоже просит о поцелуе). Он соглашается и на мгновение перестает учить Тору; в этот момент она целует его и, извлекши в момент поцелуя его душу, исчезает навсегда (Sadeh, 1990. Р. 68-69).
Мотив «снижения» образа демона-соблаз­ни­тельницы мне в данных легендах не встречался. Из них явствует, что чтение сакральных текстов, в данном случае Торы, выполняло функцию оберега от демонов, в том числе от Лилит и ее порождений. Вообще многие мотивы (попадание героя в нижний мир – обиталище демонов, его сексуальные сношения с демоном, изучение священных текстов в качестве оберега от нечистой силы, гибель его души в миг, когда герой оказывается незащищенным) распространены в фольклоре различных народов.
Поверья о возможных сексуальных сношениях сверхъестественных существ со смертными (см., например, сюжет из Быт 6:2) были широко распространены еще в древности среди разных народов, в том числе на Ближнем Востоке, и их можно считать архетипическими. В Средние века христианские легенды о суккубах и инкубах оказали влияние на соответствующие представления, бытовавшие среди евреев. Эти легенды повлияли и на трансформацию образа Лилит.
С Лилит связано великое множество легенд и поверий; например, если ребенок смеется во сне в лунную ночь – это означало, что с ним играет Лилит (для избавления от такой напасти следовало дать ребенку легкий щелчок под носом; это поверье восходит к совету, содержащемуся в книге Хаима Виталя (Sefer ha<-Likkutim, 78с)). Не следовало также сушить пеленки на открытом воздухе и на лунном свете из-за опасности воздействия чар Лилит на ребенка и т.п. (подробнее см.; Носенко, 1997. С. 492).
Чтобы уберечься от Лилит (и Броша), как, впрочем, и другой нечистой силы, в народной практике применялись разнообразные магические приемы. Они, как и вообще средства борьбы с нечистой силой, у различных народов сводились к нескольким приемам: запугивание, изгнание, задабривание, обман (введение в заблуждение). Эти средства варьировались в различных еврейских общинах, нередко обнаруживая сходство с магической практикой окружавших народов.
Для защиты от Лилит (и Броша) применялись всевозможные амулеты, заговоры (они непременно должны были содержать имя Лилит или имена трех ангелов, согласно преданию, служивших защитой от нее (Goldstein, 1980. Р.26); апотропейную функцию выполняли также различные приемы и обряды (вахнахт, тахдид – ночные бдения у постели роженицы), зажигание свечей и т.д.). Остановимся подробнее на некоторых приемах и их функциях.
Некоторые травы и растения, согласно народным поверьям, выполняли апотропейную функцию, особый вид трав служил оберегом мужчине, соблазняемому Лилит. Апотропейную функцию повсеместно, в различных культурах мира, в том числе у евреев, выполнял огонь (см. Лев. 16:12-13).
Позднее эту функцию стало выполнять зажигание субботних и ханукальных светильников. Еще в начале XX в. у ашкеназов существовало поверье, что пламя свечей отгоняет различных демонов, в особенности Лилит и Аграт бат Махалат, которые, как и прочая нечистая сила, становились наиболее опасными в канун Субботы. В данном случае легко прослеживается связь с обрядами перехода – в их широком смысле – так как Суббота была началом и завершением недельного цикла, его сакральным рубежом; с ночами на Субботу и после ее окончания связано множество поверий и преданий (см. подробнее: Носенко. 2001. С. 64-71). Существовали даже специальные молитвы для этого случая («Да горят мои свечи ярко, чтобы отогнать злых духов, демонов, и губителей – порождения дочери Махалат, и всех, повинующихся Лилит. И да обратятся они в бегство от огня, который я зажигаю, и да не причинят они вреда мужчине, женщине или ребенку Твоего народа» – Shachar, 1975. Р. 3).
Роженица, новорожденный и нередко все, кто имел к ним отношение, считались особенно уязвимыми для злых духов, в первую очередь для Лилит. Поэтому вокруг роженицы очерчивали магический круг (прием, широко известный у многих европейских народов), под подушку ей клали нож или давали в руку ключ от синагоги (также широко распространенная вера в магическую силу железа).
Кроме того, чтобы уберечь мать и дитя от Лилит, как у ашкеназов, так и у сефардов совершали особые апотропейные обряды. В случае рождения мальчика злые духи, и особенно Лилит, как считалось, становились очень опасными накануне обрезания, так как, согласно традиции, после совершения этого обряда опасность для младенца становится значительно меньшей. Чтобы отвести опасность, в различных общинах применяли всевозможные амулеты и совершали магические обряды. В ашкеназских общинах в ночь накануне обрезания совершали вахнахт (идиш, «ночная стража») – ночное бдение у постели матери и младенца, во время которого зажигали как можно больше свечей, родственники читали молитвы, а также устраивали особую трапезу (обряд известен с XI< в.; см. Schauss, 1976, Р. 32). Иногда считают, что поверье об особой опасности этой ночи было заимствовано евреями у немцев (у которых соответственно наиболее опасной считалась ночь накануне крещения).
Однако в сефардских общинах издавна совершали сходный обряд велен (от испанск. velar - бодрствовать), или тахдид у арабоязычных евреев – также ночное бдение родственников и соседей у постели матери и младенца, первое описание которого относится к XII в. Евреи Марокко, Египта, Палестины и др. совершали этот обряд еще в начале XX в. Он также заключался в том, что в ночь накануне обрезания в доме, где находился младенец, читали молитвы и, кроме того, острым ножом наносили рубящие движения вдоль стен, чтобы защитить мать и дитя от злых сил, особенно от Сатана; в некоторых местах с этой же целью – напугать и обратить в бегство демонов – поднимали шум с помощью барабанов и громкого пения (Patai, 1983. Р. 289, 292). Здесь явственна вера в апотропейную силу огня, железа, молитв-заклинаний шума.
Для защиты от Лилит широко применяли также написанные или печатные амулеты. Как уже говорилось, такие амулеты упоминаются уже в «Алфавите Бен-Сиры», причем они содержали не только имена трех ангелов, посрамивших Лилит, но и их изображения. В дальнейшем такие амулеты получили широкое распространение, особенно в ашкеназских общинах. Нередко они содержали текст-формулу изгнания Лилит (типа: «Злодейка да живет здесь»), отрывок из 121 псалма («Не дремлет страж Израиля»), а также имена и изображения трех ангелов. Многие амулеты содержали также историю о Лилит и Илие-пророке, который тоже, согласно каббалисти­ческому преданию, ограничил ее власть – он встретил Лилит, летящую к роженице, «чтобы умертвить ее, похитить ребенка, выпить кровь, высосать мозг из костей и пожрать его плоть». Пророк изгнал Лилит и взял с нее обещание не вредить женщине и младенцу. Такие амулеты и обереги носили в ряде сефардских общин название шмира (Trachtenberg, 1961. Р. 170; Patai, 1983. <Р. 290). На некоторых амулетах вместо Илии пророка фигурирует архангел Михаил. По мнению некоторых исследователей эта легенда восходит к византийской версии формулы-заклятия против демонов женского пола Гило, который также был посрамлен святыми (Scholem, 1973. Col. 248). Подобные амулеты вешали над кроватью роженицы, над окнами, дверью и другими отверстиями, через которые в дом, где находились мать и младенец, могла проникнуть нечистая сила.

0

8

Особенно были популярны такие амулеты у ашкеназов. У них были также распространены медные или свинцовые амулеты, так называемые хейеле (от названия буквы хэй, изображенной на них), которые вешали на шею ребенку для защиты от дурного глаза и от Лилит. На Востоке также были распространены амулеты с изображением опутанной цепями или веревками Лилит; кроме того, было принято повязывать на ручку младенцу голубую нитку или вешать над его колыбелью голубую бусину – с той же целью (Носенко, 1997. С. 494). Этот прием связан с семантикой голубого цвета в еврейской традиции. Голубой цвет, как об этом неоднократно писали исследователи – цвет Небес, сакральной чистоты, с помощью которого можно посрамить нечистую силу, из самого названия которой явствует, что она связана с ритуальной нечистотой и нижним миром – царством смерти (Patai, 1983. Р. 87; Носенко, 1998. С. 92). (Голубой цвет в древности нес важную семантическую нагрузку. Так, в Ассирии высокопоставленные лица носили голубое (Иез 23:5-7), цвет одежд царя Ахашвероша – тоже голубой (Эстер 8:15) и т.д.).
В сефардских общинах было принято окуривать роженицу дымом особых трав, а также ставить под кровать, на которой находились мать и младенец, сладости, в надежде, что Лилит и Броша займутся ими и не тронут мать и дитя (Носенко, 1997, с. 492).
Вообще для сефардской магической практики, как и для практики восточных евреев, больше характерно стремление не напугать и обратить в бегство Лилит и другую нечистую силу, а умилостивить ее и даже подружиться с нею. Ярким примером тому служит умилостивительный обряд индульсо, совершавшийся у сефардов Палестины, Марокко и др. над заболевшим или соблазняемым Лилит человеком. Обряд состоял в том, что в доме, откуда предварительно выносили все сакральные предметы (молитвенники, свитки Торы, тфилин и пр.), оставался только больной и женщина, которая ночью совершала обряд. Она ставила на стол сладости и зерна пшеницы, разбрызгивала в углах молоко и мед, обращаясь к духам как к шедим и сеирим – своим повелителям – с особой молитвой с просьбой принять эти предметы в обмен на душу заболевшего человека. Иногда индульсо дополняли роскошным пиром, во время которого убивали черного петуха, предварительно произнеся над ним специальный текст-формулу (произносимый также во время типологически сходного с ним обряда капарот / капорес): «Душа за душу. Это будет жертвой моей, заменой моей, искуплением моим…». Иногда этот обряд проделывают не в доме, а в бане или рядом с источником, где Лилит и шедим, согласно многочисленным поверьям, восходящих к культу источников, имеют обыкновение поселяться (Patai. 1983. Р. 302-307). Таким образом, обряд индульсо типологически сходен с умилостивительным и искупительным обрядом каппарот (каппорес), а также ритуалом «козла отпущения», совершавшимся в эпоху 2 Храма в День искупления.
С Лилит связано бесчисленное множество поверий и преданий, а также разнообразных магических приемов, направленных на борьбу с ее вредоносной силой. Эти поверья и предания в ряде случаев обнаруживают несомненное воздействие фольклора соседних народов (романского, германского, славянского, арабского, персидского). Но ряд из них, по-видимому, восходит к гораздо более древним общим универсальным архетипическим схемам, свойственным человеческому сознанию. Это вполне можно сказать о вере в защитную силу огня, шума, некоторых металлов и пр. В народной культуре, как и в культуре книжной, образ Лилит как бы двоится – это прекрасная соблазнительница и в то же время злой дух, губящий рожениц и младенцев. Эта двойственность восходит к каббалистической традиции, а также к более древней традиции, сложившейся в талмудическую и, возможно, доталмудическую эпоху. В обоих случаях Лилит – губительница как новой жизни, так и человеческой души, и в том и в другом случае ее чары ведут к тому, что имя человека, загубленного ею, исчезало из памяти людской. В этом отношении народная традиция является как бы продолжением традиции «ученых людей». Однако народной культуре, которой присущ магизм, магическое видение мира, особенно свойственно разнообразие приемов, направленных на борьбу с вредоносными духами и их «царицей» – Лилит. При этом можно видеть любопытную закономерность. Даже приведенные примеры позволяют выявить несколько различные тенденции, характерные для народной магической практики в основных еврейских традициях – ашкеназской и сефардской. Так, во многих ашкеназских сказках герои испытывают смертельный ужас перед демонами, спасаясь от них благодаря счастливой случайности или подходящего магического приема (хотя, как я уже говорила, встречаются и случаи «снижения» образа вредоносных духов, в том числе Лилит). В сефардском фольклоре, как и в фольклоре восточных общин, в описаниях демонов «потусторонний» элемент сводится к минимуму, сами духи в значительной мере очеловечены; с ними можно вступить в выгодную сделку, не подвергая себя при этом значительной опасности. Это во многом верно и по отношению к магической практике: в сефардских и восточных общинах преобладали умилостивительные и искупительные ритуалы: Лилит (и Брокса) всячески старались задобрить и умилостивить, дабы те не вредили людям. Это отличает их от обычаев ашкеназов, которые в большинстве случаев стремились изгнать Лилит или, по крайней мере, обезопасить себя от чар с помощью заклинаний, амулетов, апотропейных обрядов. Вообще, следует отметить, что в народных верованиях нередко отчетливо прослеживаются очень архаические пласты представлений, восходящих к глубокой древности. Так, строгий библейский монотеизм и соответствующее представление («все – от Б-га») в народных верованиях по существу подменяются верой в огромное могущество злых сил, которые не всегда осознавались как посланцы Бога, с которыми либо боролись, в ряде случаев прибегая не к божественной помощи, а к архаическим магическим приемам, – либо всячески задабривали, совершая при этом всевозможные умилостиви­тельные обряды. Именно разнообразные обычаи и обряды, направленные против нечистой силы, в народной традиции приобрели первостепенное, порой самодовлеющее значение, явственно сохраняя элементы древнейших магических ритуалов и отголоски языческих культов.
В более поздней литературной традиции, в том числе нееврейской, возобладала традиция изображать Лилит как прекрасную демоническую соблазнительницу, губящую человеческую душу. Наиболее известные примеры – рассказ А. Франса «Дочь Лилит», стихотворение М. Цветаевой «Попытка ревности» и др. Говоря о еврейской литературной традиции, можно вспомнить рассказ Давида Фришмана «Лилит», анализу которого посвящена недавняя статья Л. Лемпертене (Лемпертене, 1999).

0

9

ЗАВЕТ СОЛОМОНА

Завет Соломона - книга, которая является частью Pseudepigrapha, собрания текстов, написанных между 200 г. до н.э. и 200 г. н.э. и ложно приписанных различным ключевым фигурам, а именно пророкам и королям еврейских священных писаний. Завет самого Соломона, как считают, написан между первым и четвертым столетием, но современная наука определяет эту дату приблизительно 200 годом (Иудейская Энциклопедия (Encyclopaedia Judaica), Брунел (Brunel)). Несмотря на то, что касательно этого текста известно очень немногое, Иудейская Энциклопедия заявляет, что он «несомненно основан на иудео-греческой магии» (246), другие источники определяют его как «самый ранний компендиум демонов» и «самый ранний текст, представляющий Соломона в роли мага, который стал первоосновой последующих еврейских знаний» (Schwartz 1988, 7). Хотя смесь значительно отличающихся суждений усложняет определение непосредственного источника этой компиляции, текст был идентифицирован как «специфический сплав гностицизма, основанный на еврейской традиции под влиянием египетских, ассирийских, греческих, и особенно орфических знаний (Gaster 157).

Ссылка на Лилит в этом тексте более детализирована чем в Эпосе о Гильгамеше, и, что более важно, представляет явно отличающуюся версию истории Лилит: ведьмы – убийцы детей. В то время как персонаж текста не носит имени Лилит, она названа Обизу (Obizuth), ее собственное само-описание явно идентифицирует ее с той, кто была известна позже как Лилит. Так же этот текст содержит «самое раннее упоминание традиции защиты от этой демонессы с помощью амулетов; традиции которая стала центральной частью легенды о Лилит» (Schwartz 1988, 7). Нужно также обратить внимание, что согласно текстам защитного свойства и литературным источникам, Лилит сама указывает, что у нее не одно имя. Так, можно с уверенностью идентифицировать Лилит и Обизу. В тексте, рассматриваемого источника, в главе 57 (или главе 13 в переводе James H. Charlesworth), читаем следующее:

И я воззвал именем бога Израиля, и заклинал другого демона явиться ко мне. И предстал передо мной дух в форме женщины, у которой была только голова, но не было конечностей, и ее волосы были растрепаны. И я спросил ее: «Кто ты?». Но она ответила: «Нет, кто ты? И почему ты спрашиваешь меня? Если ты хочешь спрашивать меня, стоящую перед лицом твоим, иди прежде и омой свои руки. Тогда садись вновь, и задавай вопросы, и ты узнаешь, король, кто я».

И я, Соломон, делал то, что она обязала меня делать, следуя мудрости своей, чтобы услышать о ее делах и понять их, и явить их людям. И я сел и спросил демона: «Кто ты?» И она сказала: «Среди людей я ношу имя Обизу, и ночью я не сплю, но хожу по миру и вхожу к рожающим женщинам. И в предсказанный час, я занимаю свое место, и если мне удается, я удушаю ребенка. Если сие мне не удается, я ищу другое место, поскольку я не могу пропустить ни единой ночи, не исполнив задуманное. Я - жестокий дух с мириадом имен и множеством форм. Я хожу здесь и там... Но и сейчас, хотя ты запечатал меня в круг с именем бога, ты не можешь ничего сделать. Я не остановлюсь перед границей, и ты не сможешь приказывать мне. Поскольку у меня нет иных целей, чем убийство детей и причинение вреда их ушам, и их глазам; запечатывание их ртов и лишение их разума, и причинение боли их телам».

Когда я, Соломон, слышал это, я дивился ее внешности, поскольку все ее тело было во тьме. Но ее взгляд был ярок и радостен, и ее волосы были дико растрепаны, подобно драконьим, и все ее конечности были невидимы. И ее голос был очень чистым, и он проникал в меня. И я лукаво сказал ей: «Скажи мне, какой ангел противостоит тебе, O Злой Дух?». И она ответила мне: «Ангел бога по имени Афарот (Afarof), который также носит имя Рафаэл (Rafael), противостоит мне сейчас, и в течение всего времени. Его имя, если оно известно человеку, написанное на рожающей женщине, лишит меня способности войти в нее. Число имени его – 640». И я, Соломон, услышав это, и прославив бога, приказал, чтобы ее волосы были связаны, и чтобы она была повешена перед Храмом бога, чтобы все дети Израиля проходя мимо, могли бы видеть это и прославлять бога Израиля, кто дал мне власть и мудрость, и силу бога посредством этой печати. (Gaster 157-159).

Нужно обратить внимание на физическое появление Лилит/Обизу в этом тексте: ее глаза «ярки и радостны» и ее волосы «дикие». Обратите внимание, одно из наказаний Соломона должно связать ее волосы и повесить ее перед храмом, на виду у всех. В «Книге Лилит», Барбара Колтув (The Book of Lilith, Barbara Black Koltuv) отмечает касательно этого связывания волос:

Традиционно, волосы женщины рассматривались как увенчивание ее славой, как символ ее мудрости, аспект ее уникальной женской природы. Невесты Христа, весталки девственницы, ортодоксальные еврейские невесты должны были жертвовать своими длинными соблазнительными и заманивающими в ловушку волосами. Волосы женщины были острижены, связаны и закрыты в попытке отделить ее от сексуально соблазнительной власти, данной Лилит.

Тем не менее, необходимо обратить внимание, что волосы Лилит насильственно связаны, что способствует уменьшению ее власти, и она помещена перед людьми как воплощение урока Соломона «детям Израиля».

Сама идея «урока» также важна, поскольку, как это будет показано позже, убийство детей, совершаемое Лилит, было наказанием тем, кто грешил. Фактически, образ Лилит связан с идеей наказания и возмездия в этом раннем тексте, что должно помочь объяснить ее более поздние описания.

Прежде всего, однако, этот отрывок важен, потому что изображает Лилит в качестве убивающей детей колдуньи. Согласно Говарду Шварцу в его предисловии к «Пещере Лилит» (Howard Schwartz. Lilith's Cave):

Имеются два первичных аспекта легенды Лилит: как воплощение страсти, Лилит вводит в грех ничего не подозревающих мужчин; в своем воплощении уничтожающей детей ведьмы, она удушает беспомощных младенцев. Интересно обратить внимание, что эти два аспекта легенды развиваются отдельно, и вряд ли можно найти текст, в котором Лилит играет обе роли.

В то время как роль Лилит, как первой жены Адама, более близко связана с первым аспектом чем со вторым, более верно выделить ее в отдельную категорию. Шумерский эпос о Гильгамеше, который в точности не соответствует ни одной категории, кажется отражает миф об Адаме и Эдеме. Завет Соломона точно принадлежит ко второй категории.

Второе воплощение Лилит – «уничтожающая детей» - является основой изучения мифа Лилит, поскольку это - воплощение ее персонажа, который появляется почти во всех археологических свидетельствах ее мифологического существования.

0

10

Прямые ссылки из Талмуда

b. Erubin 18b

Раввин Еремия Бен Елеазар (Jeremia ben Eleazar) сказал: «В течение тех лет (после изгнания из Рая), на протяжении которых Адам, первый человек, был отделен от Евы, он стал отцом духов, демонов и Лилин (lilin).» Раввин Меир сказал: «Адам, первый человек, являющийся очень набожным и считающий, что он спровоцировал приход смерти в этот мир, голодал в течение 130 лет, и отдалился от жены своей на 130 лет… Он стал отцом злых духов, как упомянуто здесь, в результате влажных снов (поллюций).

b. Erubin 100b

Лилит носит длинные волосы.

b. Nidda 24b

Лилит – демонесса обладающая человеческим обликом, за исключением того, что у нее есть крылья.

b. Shab. 151b

Раввин Ханина сказал: «…Лилит овладевает каждым, кто бы ни спал один в доме».

b. Baba Bathra 73a-b

Рабби Хана сказал: «однажды я видел Хормина (Hormin), сына Лилит, бегущего по зубчатым стенам Махоза (Mahoza)..., когда правители демонов услышали об этом, они убили его [за то, что он показал себя]».

0

11

Это с обожаемого мной сайта Храм Лилит...Кажется это ее гимн...Или ее заклинание,точно не помню


Templi Lilithi

Царица Ночи
Мать нечистых
Черные дети Твои молчат
Мертвые дети Твои жаждут
Ужас в ночи являешь Ты
Агонию страсти даруешь ТЫ
Смерть, как дар приносишь Ты
Черные крылья Твои сжимают мир
В тисках непроницаемых
Ты – порождающая смерть
Дарующая вечность
Царица Ночи
Мать нечистых
Слава Тебе, Лилит!

Ты. Кто душит на первых вздохах
Ты. Кто против жизни
Обвенчанная с гибелью
Черная Луна, зловещее око Ночи
Твои тени танцуют в умах
И сердцах человеческих
Безмолвная – разрывающая души
Мертвым хором тишины
Твои лики лишают надежд
Твой взор пробуждает от жизни
Лилит – Дьяволица Черная
Чарующая красотой Ночи
Преклоняюсь пред Тобой
Славлю имя Твое – Лилит

О Древние, великие, те, что от Тьмы
Те, что гибельны и смертоносны
Колдовские чары черные
Вы ядовиты, вы – обреченность людей
Вы вершите их судьбы
Вы жалите, как сотни скорпионов
Вы витаете вокруг скорбями и печалями
Вы отнимаете здоровье
И даруете болезни тяжелейшие
Неконтролируемые
Вы уносите в могилу множество людей
Вы губите души людские,
Отнимая их у бога и придавая Силам Тьмы
Поколения и поколения ведьм черных в злодеяниях своих
Обращались к вам
И не зная предела, вы приумножаете Зло Вселенское
Губящие души
Уничтожающие свет и радость жизни
Могущественные, непримиримые,
Разрушающие порядок вещей,
Обращая все в Хаос
Властвуйте же, о Древние
Летите воронами черными
Ползите змеями ядовитыми
Несите гибель и разрушения
Яростные, гневные и неистовые
Уничтожайте во имя Сатаны!

Во Тьме Вы приходите на зов
Во Тьме взываю к Вам
Вечные, прекрасные кровопийцы
Смерть в естестве вашем
Вы возвращаете человек в тление
Дети Тьмы, служащие во благо Ее
Сильные создания допотопных времен
Без плоти, без костей
Без вен, без крови
Ночь направляет вас
Кровь зовет Вас
Открытые раны – Ваш знак
В Ваших холодных объятьях замирает жизнь
Древний голод мертвых душ
Звучит вашей милостью

Древняя Темная Повелительница Лилит
Ночью Ты вступаешь во власть
Легион детей Твоих следует за Тобой
Черные лики ужаса наполняют Ночь
Открывая страхи, ведя к неизбежности
Навевая кошмар взмахами крыльев своих
Входя во сны,
Отнимая покой,
Омрачая день скорбью и муками,
Губя все грезы и мечты,
Звуча песней смерти в черном сиянии Луны
Великая Повелительница Лилит
Наводящая ужас,
Пленяющая сном небытия
Тебе мое поклонение

Я зову Тебя Великая Мать
Не милостивая, но всегда истинная
Коварная Лилит – Луна Черная
Царица Тьмы и нечистых чар
Покровительница всего наколдованного
Ты открываешь мистерии черные
Ты даруешь силу гибельную
Твои черные крылья укрывают мир погребальным мраком
Черная Мать, укажи мне путь
Дабы творить деяния свои в покровах Ночи,
Прославляя имя Твое
Моя душа отныне принадлежит Тебе
Сердце мое навсегда открыто перед Тобой
Тебе я посвящая жизнь свою
Моя клятва Тебе нерушима!
Мое слово необратимо!
Такова моя воля!
Да будет так!
Ave Lilith!

Роковая губительница счастья
Яви свой безжалостный лик
Лилит, я призываю тебя
Ты приносишь горе смертным,
Обращая в прах радость жизни
Где Ты, там нет желания жить
Где Ты, там муки и боль
Радующаяся людским страданиям
Преумножающая их тревоги
Ты окутываешь погибелью
Разъедаешь разум безнадежностью,
Обрекая скитаться среди мертвых надежд
Проклятье, не имеющее начала и конца
Безмолвие, потухший взгляд
Вечная боль ночи и дня
Власть Твоя, Лилит

Ламашту, что пожирает, что не дает спать
Не дает обрести благотворный сон
Ты сотрясаешь и колеблешь тело
Ты хватаешь человека и не выходишь
Злой яд, которого пыль не покрывает,
Которого ветер не уносит,
Которого нельзя уничтожить
Боль, что у сильного человека отнимает силу,
Что чистой женщине не дает силы,
Что поселяется в теле больного
Подобно одержимому он скитается
Подобно брошенному в огонь горит он
Подобно бедствию выть Ты заставляешь
Ты изнуряешь, в землю Ты повергаешь
Госпожа заклинаний, произнеси свое слово

Дети Ночи
Те, кто пробуждается в сиянии холодной Луны
Те, кто несет с собой смерть
Ваше желание и голод ненасытны
Вы охотники за кровью и жизнями
Ваше прикосновение дарует смерть
Вы охотники за душами,
Которые превращаются в прах от вашей ярости
Крылатые хищники Ночи
Черные призраки
Вы слетаетесь на запах крови,
На зов жаждущих,
На отражение холодной Луны
В порывах отторгнуть жизнь
Вы властвуете в предсмертии, утоляя свой голод
Дети Лилит!
Да будет власть Ваша продолжаться
Через кровь и смерть
Во имя Темной Матери

Зову Тебя, Мать Зла
Тьма Лилит
Черный лик Твой восславляю я
Ужас и смерть пусть охватят мир
Пусть выйдут на охоту хищные слуги Твои,
Потроша все чуждое, оскверняя все святое,
Уничтожая все вражеское
В каждом доме, в каждом разуме,
В каждой душе
Да будет кровь и ужас,
Обреченность и смерть
Тьма Лилит
Черный лик, Луна
Слава Тебе, Мать Зла!

0

12

Перед избравшими своим жребием Путь служения Темной Богине открываются мистерии Черной Луны, таинства лунных затмений, метаморфозы порождений Ночи. В них отворяется сила и красота изначального женского демонизма. Самой Матерью Лилит им предназначено творить свой инфернальный и сокровенный путь, обращаясь к истокам Мрака и колдовской обители Ночи, обретая Лилит в себе, прочь исторгая Еву.
Путь, совершаемый под покровительством Темной Луны. Путь Жрицы, вооруженной безжалостной Черной Магией, искушенной Темной Дьявольской Красотой. Путь знания крови. Путь пробуждения и бессмертного воплощения в себе Темной Богини. Это особенный путь, опасный и прекрасный одновременно.
Роковая женственность под покровительством дьявольской Ночи насыщает свой голод, делая людей обуянными страстями и слабыми, своей дикой природой, своей недосягаемой глубиной. Она рыщет в стихии Ночи и Мрака, берет силой то, что ей предназначено, и пьет жизненную силу других, чтобы существовать свободной, бессмертной, прекрасной, хищной и смертельно опасной для всех неосторожных, приблизившихся к ней.

Это наш выбор и наш путь, и мы зовем за собой угодных Лилит.
Мы не открываем здесь практик и сокровенных знаний, но можем помочь тем, что предоставляем материалы из человеческого наследия, человеческого видения Лилит, где царствует Ее тень и где даже при негативной Ее оценке проявляется несостоятельность скрыть Ее могущество.
Мы знаем, что это может стать для кого-то началом. Может стать ключом к пониманию, а может заставить зазвучать струны скрытые в покое, высвободить потаенные инстинкты и повести за собой под власть Черной Ночи. Потому свободная инициатива избранниц Темной Богини всегда предваряет наше участие в их судьбе, и мы готовы ждать, чтобы раскрыть объятия.
А пока…

Зловещий жребий брошен. Луна находится в затмении. Путь открыт, и Храм Лилит благословляет и предлагает свою помощь тем, кто ищет под заботой Лилит и пристальным Ее вниманием силу, красоту и мудрость, свойственную женщине.

0

13

Вот и собственно рассказ:

Аветик Исаакян

ЛИЛИТ

Когда бог создал небо, землю, всех животных и все растения-то взял лежащую под ногами животных глину и словом своим сотворил из нее человека.
Сотворил, дабы дивился он величественным деяниям господа и прославлял имя божье.
И поселил его в Эдеме.
И новосозданный Адам восхитился чудесами божьими. Обозрел он всех животных, всех птиц, все растения, изумился и восславил имя великого мастера.
И, ощутив себя одиноким, впал в тоску, в великую тоску.
И бог, видя одиночество Адама, сказал сам себе:
“Нужно создать для Адама нежную подругу, дабы человек вкушал отрады рая не в одиночестве”.
И поймал устремленное ввысь пламя и из его зыбких, порхающих языков сотворил первую женщину - Лилит.
И, посмотрев на свое создание, восхищенно оказал:
- Добра, ибо прекрасна. И подозвал к себе Адама.
Вложил маленькую руку Лилит в ладонь прачеловека и сказал:
- Адам, вот тебе подруга, прекрасная Лилит. Отражайтесь в глазах друг у друга, сердцами же любите друг друга. Плодитесь и размножайтесь. Адам, следуй за Лилит во все дни жизни твоей, а ты, Лилит, будь покорна Адаму.
Пристально посмотрела Лилит на Адама и почуяла запах глины. И почувствовала она, что взгляд Адама опустился тяжестью земною на плечи ее. И поспешно вырвала она руку из ладони Адама.
Взглянул на Лилит Адам, и разверзлась пред ним некая бездна красоты, и чаровала она, и влекла душу его к ужасной пропасти, к уничтожению.
И смежил он очи, где стоял страх, рожденный восхищением.
И когда вновь разомкнул он очи свои, уста его едва смогли вымолвить:
- Хвала тебе, господи, ибо создал ты прекраснейшее и совершеннейшее из всех творений своих. Создал ты венец всей чудесной вселенной твоей. Хвала тебе вечная и безграничная!
Лилит вняла словам его и томно склонила голову к плечу, первая довольная улыбка мелькнула на дивном лице ее.
Адам, пробуждаемый неким чувством, дотоле ему неведомым, пожелал вновь взять руку Лилит. Но Лилит ускользнула от Адама, подобно пламени.
И ощутил Адам, что сердце его приковано к светозарным стопам Лилит. И, следя за Лилит, увидел, что она стала на берегу пылающего золотом озера, где плавно плыли лебеди с белоснежным оперением.
С восторгом взирала Лилит на лебедей. Их гибкие, красиво изогнутые шеи зачаровали ее.
Нежным голосам позвала она лебедей. И когда опустилась на колени, чтобы приласкать их, то увидела на водной глади дивный, огненный облик, и когда постигла, что это ее отражение, восхитилась она собою и возгордилась.
Заплела она рассыпанные кудри, дабы косы вились по спине и плечам ее. И, восхищенная, взирала Лилит на образ свой и не могла насытиться.
Голубое небо, солнце и уголок рая отражались в зеркале озера.
И увидела Лилит, что солнце не столь огненно, как пламень очей ее и небо не столь бездонно, как глубина очей ее. В раю она - создание совершеннейшее, рай же и озеро исполнены сиянием лика ее.
Прилетели две яхонтовые бабочки с алмазными крыльями и сели на благоуханные кудри ее. Взглянула на них Лилит и улыбнулась:
- Как было бы прекрасно, если бы всегда оставались они на кудрях моих...
И стала срывать она цветы, что источали благовоние и тысячами красок переливались вокруг нее, и убрала ими свои волосы.
Поодаль стоял Адам, поглощенно следил за подругою и внезапно осмелился приблизиться к ней.
Когда Лилит увидела, что отражение Адама смешалось с ее отраженном, в гневе отпрянула она и яростный пламень очей своих устремила на Адама.
- Лилит, Лилит, прекраснейшая из ангелов, - чуть слышно произнес Адам, - что за цветы нарвала ты?
- Эти? Это чудо-цветы, тебе не понять их прелести, - презрительно оборвала Адама Лилит.
- Нет, душа моя, я знаю в Эдеме такие места, куда не ступала даже стопа самого создатели. Я видел там бесподобные цветы несказанного благоухания, деревья со светящимися листьями, отягченные сладостными плодами... Не хотела бы ты сейчас пойти туда со мною? Так ласково говорил Адам, что на мгновение Лилит умерила гнев свой:
- Хорошо, Адам, пойдем, но не сегодня; после, после...
- Да, Лилит, нежная моя, пойдем, когда пожелаешь, но скоро опустится ночь; войди в шалаш, я возвел его неподалеку от соловьиных гнезд, он окружен роскошными цветами. Спи там, а я буду стеречь твой сладостный сон.
- Нет, нет, оставь меня одну. Я сегодня очень устала, - и в глубину рощи направила она легкие стопы свои.
-Адам не знал, что ответить. Молча понурив голову, побрел он за нею.
- Прошу тебя, Адам, оставь меня одну...
- Но Лилит, желанная Лилит, когда же мы увидимся и когда...
-Завтра, - как бы повелевая, снова оборвала Адама Лилит и в единое мгновение скрылась среди кустов.
Лилит, сидя у родника, прислушивалась к его хрустальной музыке, и любовалась райским небом. И жгучие гроздья звезд опьяняли сердце ее таинственным желанием.
И Лилит, опьяненная звездами, уснула на цветочном ковре и пробудилась от полного любовной истомы соловьиного пения.
Занялась заря, пронизывая каждый мельчайший комок земли неописуемым волшебством лучей и красок.
Адам же наполнил корзину плодами и цветами, направился к шалашу Лилит и еще издалека окликнул ее.
Ответа не было.
Вновь окликнул он, и вновь ему не ответили.
В нетерпении несколько раз прошагал он взад и вперед вдоль ручья, окидывая испытующим, взором все окрест. И не было видно Лилит.
Пошел он на берег озера, бродил но рощам, вновь вернулся к роднику. Лилит же все не было и не было.
“Что с нею, что с Лилит? - думал Адам. - Наверное зашла она в дальние рощи и заблудилась. Надо искать ее, искать!”
И оставил он корзину у ручья, там, где находился шалаш Лилит, и пошел искать подругу свою.
Целый день бродил Адам и громко призывал Лилит. Но безуспешно.
И настал вечер, и опустилась ночь.
Усталый Адам не смог в темноте отыскать обратного пути и уснул под деревом.
И лишь на рассвете, когда небо и рай были залиты млечно-белым сиянием, смог Адам отыскать тропу свою.
Бежал он, задыхаясь, и, еще не достигнув ручья, позвал издали:
- Доброе утро, Лилит!
- Только не подходи ко мне, я еще не умывалась. И внял Адам голос Лилит и с прежнею глубиною ощутил все муки свои. И гнев закипел в душе его. И захотел он сурово укорить Лилит, но сдержал себя.
- Где ты была вчера весь день? Я столько искал, столько искал тебя, - мягко упрекнул ее Адам.
- Вчера? Вчера я пошла на озеро и не увидела тебя, ты не пришел, - отвечала Лилит. - Потом поиграла с ланями, была в новых, неведомых мне местах. Как восхитительно пели там соловьи. Заслушалась я их пения и осталась там до вечера.
- Но когда же ты ходила на озеро? Я без устали искал тебя. А после обошел чуть ли не весь Эдем. Где же ты была?
- Но я ждала тебя и здесь, и на берегу озера, тебя же ни здесь, ни там не было, - резко ответила Лилит.
На мгновение Адам замолк. Он думал: неужели он не заметил Лилит? Этого не может быть, но...
И, желая примириться с Лилит, дружелюбно сказал:
- Прекрасная Лилит, посмотри, какие изумительные плоды принес я тебе.
- Постой, я еще не причесана.
- Для роскошных кудрей твоих принес я цветы, окропленные рассветною росою.
- благодарю, есть они и у меня. Подожди еще немного, я скоро приду. И ждал Адам. И Лилит, порхающая подобно языкам пламени, пришла и стала перед Адамом, едва касаясь стопами земли.
- О, это те же великолепные плоды, что я нашла возле шалаша!
- Я принес их из тех чудесных мест, куда хочу повести тебя. Сейчас мы пойдем туда, не правда ли, душа моя?
-Пойдем, еще есть время, - сказала Лилит и села за трапезу.
Адам сел по левую руку Лилит.
- Ах, Лилит, - с горечью промолвил он, - и впрямь ты немилосердна. Извело меня одиночество.
И с тоскою обнял он Лилит, и, пылая всей душою, прижал ее к истомленной груди своей.
Лилит вырвалась из объятий Адама и, став поодаль, молвила плачущим голосом:
- Ты очень труб, Адам.
И обиженно повернулась к Адаму спиною.
И была спина ее златопламеннее пышнотканного пурпура зари, которым украшен был рай.
Взглянул Адам, и обмерла душа его. Нежно взял он руку Лилит и сказал:
- Лилит, жизнь моя, прости меня, Лилит, душа души моей, не смотри на меня столь олчаливо и грустно, говори со мной, улыбайся. Ах, как бы я хотел иметь тысячу ушей, дабы тысячу раз слышать твой сладостный голос и не ведать насыщения.
Лилит села. Воцарилось тягостное молчание.
-Адам, - прервала; молчание Лилит, - давно ли бог сотворил тебя?
- Давно, моя нежная.
- Что же ты делал в раю?
- Блуждал один - одинешенек да искал себе друга среди бессловесных животных.
- Неужто же ты не нашел себе подобного? - опросила она, окидывая Адама лукавым взором.
- Нет, Лилит. Потому господь и создал тебя для меня.
- Создал меня для тебя? Ха, ха, ха! - громко и весело рассмеялась Лилит.
Обидно стало Адаму. Вновь воцарилось горькое молчание.
-Да, да, - сокрушенно заговорил Адам, - бог создал тебя, дабы не был я один, дабы друзьями были мы... Жизнь моя иссякает из-за тебя, а ты?.. Ты не знаешь, что без тебя рай для меня невыносим и жизнь - сплошное мучение... Не по душе это господу, и когда он о том поведает, то весьма прогневается.
И дрогнул голос его, и зазвенели слезы в голосе его. Лилит взглянула на скорбное лицо Адама и залилась звонким смехом. Но лишь на мгновение. Затем взор ее смягчился: имя божье смирило ее.
- Но, Адам, почему ты так говоришь, почему ты плачешь? Ведь я всегда была добра к тебе.
И струящими пламя перстами пригладила она всклокоченную бороду Адама.
И сердце Адама исполнилось бесконечным умилением. Готов он был пасть к стопам Лилит и молить о прощении.
- Милый Адам, - ласково обратилась к нему Лилит, - поймай для меня этот летящий цветок.
- Это бабочка, а не цветок.
- Все равно поймай.
Адам побежал за бабочкой и не смог настичь ее.
- Хочешь, я сразу поймаю ее? - сказала Лилит и, порхнув в воздухе, в единый миг поймала бабочку.
- Видишь, Адам? Но до чего ты медлителен!
- Я не могу прыгать в воздухе, как ты, - обиженно оправдывался Адам. - Но я умею очень быстро бегать.
- И этого не умеешь, - возразила Лилит.
- Умею, - настаивал Адам.
- Не хвались понапрасну.
Адам настаивал на своем.
- Хорошо - сказала Лилит. - Лови меня, если поймаешь, подарю тебе плод, в Эдеме наисладчайший.
- Что же это за плод, тебе ведомый, а мне - нет, хотя все плоды рая успел я испробовать? - удивленно спросил Адам. - Как он называется?
- Поцелуй.
-Поцелуй? - повторил Адам в недоумении.
- Да, поцелуй. Когда одни уста приникают к другим. Не знаешь?
Адам размышлял: откуда это ведомо Лилит, как и когда она о том узнала? И посмотрел на Лилит с сомнением. А Лилит безмолвно смотрела в глаза Адаму, и взор ее, подобный языку пламени, пылающими лучами пронзил зеницы Адама и зажег душу Адама багряным огнем.
И покорно согласился Адам.
Резво и легко бежала Лилит, Адам же - стремительно, но задыхаясь.
То скрывалась в кустах Лилит, то откуда-то вылетала, то на мгновение останавливалась и говорила со звонким смехом: “Иди, лови, я жду!” И ждала, сложив алые уста в цветок лобзания.
Адам остановился, теряя рассудок.
-Адам, из чего тебя создал господь? - спросила Лилит, подходя к нему.
- Из земли, но по образу и подобию своему.
-Из земли? Из земли?.. Ха, ха, ха! - насмехалась Лилит. - Вот почему ты такой тяжелый, неповоротливый и грубый.
Адам распалился, разгневался и. собрав все силы, бросился к Лилит и чуть было не поймал ее и не сжал в объятиях, но пальцы его коснулись лишь кудрей Лилит. А Лилит в единый миг жаворонком метнулась ввысь и умчалась в чащи, весело захохотала и крикнула звонким голосом:
- Адам, приходи завтра, пойдем гулять по раю. И долгое время побежденный и пристыженный Адам стоял, как вкопанный, и, не мигая, смотрел широко раскрытыми глазами на чащи, скрывающие Лилит.
И снова пришел на заре Адам к роднику. Долго ждал он, пока, разубранная цветами, во всеоружии всех чар своих, не явилась Лилит.
- Что ж, пойдем в хваленные тобою места, - небрежно бросила она.
- О, бесподобная Лилит, хвала - это звук пустой. Ты должна своими глазами увидеть эти изумительные сады, ручьи, озерца, дабы постичь беспредельную роскошь райскую.
И Адам показал тропку, по которой следовало идти.
- Нет, пойдем так, - сказала Лилит, указывая в обратную сторону.
- Прости, любимая, но дорога - здесь, - мягко возразил Адам.
- Пойдем так, - повторила Лилит.
- Бесценная Лилит, эта дорога не столь хороша. Я знаю все тропинки, и та, что я показал - самая красивая. Прости, если я скажу, что ты этого не знаешь.
- Нет, - сердито сказала Лилит. - В конце концов, я так хочу, и разве этого не достаточно? А не то я пойду одна.
И направилась выбранной ею тропой.
Адам покорно последовал за нею. И через мгновение осмелился вымолвить:
- Дивная Лилит, умоляю, теперь пойдем по тропе, предложенной мною.
- Хорошо, - уступила Лилит, - будь по-твоему. И так все выходит по-твоему.
Сады по краям дороги были разубраны цветами, источавшими тысячу благоуханий, цветами тысячи тысяч видов. Стаи бабочек, подобных сновидениям, парили вокруг Лилит среди маков и трав. В рощах бананы и ананасы опоясали озера, где сверкающие рыбы резвились среди кувшинок и лотосов.
В густолиственной сени серебряные и горящие всеми переливами радуги павлины разгуливали с изумрудными пурпурными птицами. Райские и певчие птицы перепархивали с луга на луг.
На полянах, в воздухе, исполненном благоухания, там и сям летали подобные грезам птицы многоцветного пера и покоряющим душу пением на тысячу ладов изливали страсти свои.
Со златокорых деревьев свисали разымчивые плоды чарующих красок и очертаний.
Лилит срывала те плоды, что приглянулись ей, и наслаждалась ими. Лилит пленили райские места, не мигая, смотрела она вокруг, отходила назад и вновь смотрела.
- Душа моя, - сказал Адам, - здесь мой шалаш.
Но Лилит оставалась безучастна, не слушала она Адама и шла зачарованная, отрешенная от всего сущего.
Она скорее порхала подобно птицам, нежели шагала. Светозарные стопы ее не касались земли.
А Адам следовал за нею тяжелой и твердой поступью, не отрывая взора от ее кудрей, лучезарных, извивающихся, подобно языкам пламени.
Могучая, необорная волна чувства побуждала Адама простереться под стопами Лилит, и Адам, убыстряя шаги свои, подошел к Лилит, со страхом взял ее за локоть и, душевно обессиленный, молвил:
- Дивная подруга моя, взгляни вдаль - сколь величественен этот вид!
А вдали устремленные к небу горы с отливающими серебром снежными вершинами были погружены в голубую тишину. Бурля, неслись с высоких скал пенные воды и страшным грохотом переполняли пещеры, где отдыхали бархатные серны.
У горных подножий, вдалеке, шелком стлалось море, и его золотистые волны со светлым оперением легко набегали одна на другую и мчались к дальним, сверкающим изумрудами островам. Там расточали благоухание пестрые цветы и высокие пальмы качались под ласковым ветерком.
- Видишь, душа моя, как все прекрасно! Или я не говорил тебе? - прошептал Адам и нежно обнял Лилит.
- Неплохо, но моя тропа тоже хороша, - сказала Лилит, вырвалась из объятий Адама, прыгнула и стала на берегу ручья, который с веселым смехом катил разноцветные камешки.
- О, до чего хороши эти мелкие камешки, какие красивые у них цвета - смотри, вот алый, вот голубой, зеленый, золотистый... Адам, дай мне несколько камешков!
- Это еще что, Лилит... Я знаю и не такие - те сверкают, как солнце, прозрачны, как вода, тверды и очень красивы.
- Вот как... А где они, милый Адам, где они?
- Они далеко, в глубоких, бездонных ущельях, в расселинах скал, за дальними далями.

0

14

(продолжение)

- Когда же ты принесешь их? Скажи, Адам, - и Лилит ласково положила руку на руку Адама.
- Если желаешь, милая, я пойду сегодня, а завтра принесу, - сказал Адам, радостно думая, что наконец-то сумел обрадовать Лилит.
- Иди, Адам, иди сейчас же, иди. Какой ты хороший, мой Адам, - и тыльной стороной ладони мягко провела она по лбу Адама.
Адам с бьющимся сердцем нежно взял прекрасную, как лилия, руку Лилит и прижал к губам. Сладость поцелуя пронизала сердце Адама до самого дна.
Затем он метнул на Лилит тоскующий взгляд. В глазах ее таились сладостные обещания, взглядом пожелала она Адаму доброго пути, и он стремительно пустился в дорогу.
И Лилит, чуть отдохнув, направилась к шалашу.
И внезапно встретился ей змий с высоко поднятой головою.
Лилит посмотрела в глаза змия, змий - в глаза Лилит. И оба замерли: оба были пленены друг другом.
Как влекло Лилит гибкое тело змия - гладкое, стремительное! Ей померещилось, будто оно проникло в ее тело.
Долго-долго смотрела Лилит, и змий, испугавшись молнии взора ее, прошипел и в единый миг скрылся в груде камней.
Между тем Адам, задыхаясь, бежал, желая скорее достичь ущелья прекрасных каменьев... Достигнув его, он с рвением стал собирать их.
Без устали, без уныния взбирался он на скалы и в их расселинах вырывал каменья зубами. Изранил он руки и ноги, но безропотно сносил боль, предвкушая восторг чаровницы Лилит.
И дивился тому, что с первого мига, когда он увидел Лилит, сердце его исполнилось неким сладостным и сладострастным чувством, и рай с того дня стал для него в тысячу крат прекраснее, и каждая прожитая минута обретала смысл и прелесть неизреченную...
На закате Адам с тяжелой корзиной, запыхавшись, добежал до ручья, где Лилит с нетерпением дожидалась его.
На руках она держала кошку с бархатной шерстью, которую все время гладила.
- Лилит, Лилит, душу пленяющая, вот я пришел и принес тебе каменья, - Лилит успела увидеть отражение Адама в воде, но повернулась к нему, словно только что заметила его.
- Это ты, Адам?
- Прости, душа моя, что я не мог вернуться еще раньше, - очень уж долог путь! Давно ты ждешь меня?
- Нет, Адам, я пришла только что. Не хотела приходить, болела голова, пришла просто так. Принес ли ты каменья? Посмотрим.
И, сдерживая нетерпение, метнула взор в сторону корзины.
- О, что за драгоценности, до чего они роскошны! - с восхищением воскликнула Лилит.
- Они называются драгоценностями? Откуда ты знаешь? - удивленно спросил Адам.
- Знаю, Адам, милый, дай я тебя поцелую, какой ты добрый!
И Лилит, не в силах сдержать свою радость, поцеловала Адама в лоб.
Адам, потеряв голову, простерся у ног Лилит и в изумлении наблюдал за нею, а она перебирала каменья, клала их на ладонь, любовалась ими без устали, улыбалась сама себе и вновь бросала каменья в корзину и вновь брала их в руки.
- Что за восхитительные алмазы с великолепными белыми лучами! Какие алые яхонты, какие чистые зеленые изумруды, какие аметисты, бериллы, - всех и не счесть, не счесть! О, нет им, нет им числа...
И Лилит играла с драгоценностями, украшала ими кудри свои и вновь пересыпала из ладони в ладонь, пока полная луна не поднялась из-за деревьев и не осветила в раю каждый куст и кустарник, каждый листок и росток.
Лилит сидела под гранатом. Тонкое лунное сияние подобно фате, овевало черты ее. Сердце Адама прыгало и готово было птицей выпорхнуть из груди его.
- Мудра ты, Лилит, бесподобная Лилит - поведай же мне, что за чувство угнездилось в душе моей с того мгновения, когда я впервые увидел тебя? Жажду расточиться у светозарных стоп твоих, жажду лобызать землю, что попираешь ты, жажду обратить солнце венцом для главы твоей и звездами вымостить стезю твою.
Внимала Адаму Лилит, и тихая усмешка мелькала на устах ее.
- Поведай, дивная моя Лилит, что это за чувство, от которого, когда я рядом с тобою, рай становится еще восхитительнее и жизнь - еще сладостнее, когда же я вдали от тебя, рай становится пустынным и уродливым, а жизнь - тяжелою и горькою! Во сне, наяву ли - тобою лишь полны мечты мои. Живешь ты в сердце моем и в очах моих.
И Лилит отвечала - со смехом, ,но холодно:
- Любовь! Адам, это называется любовью.
- Откуда? Откуда ты знаешь?
- Я давно это знаю, Адам.
- Любовь... Слово сокровенное и страшное! И вправду - любовь, ибо господь рек то же самое: “Любите друг друга”. И я люблю тебя, Лилит, тысячу тысяч раз любимая Лилит, я люблю тебя. И как могу я не любить тебя? Прекрасна ты, восхитительна, дивно прекрасна, тысячу крат прекрасна! И ныне мне ведомо, что любовь - душа всего сущего. Это любовь вложила в птичьи клювы нежные напевы ветерков и ручьев. Это от любви я вдыхаю благоухание гвоздик и тех цветов, чей запах подобен благовонию ладана, когда иду по тропам, тобою пройденным... И знаешь, Лилит, море, охваченное бурею, когда оно волнами, огромными, словно горы, бьется о прибрежные скалы, слабее и немощнее любви моей - она же властно зовет пасть к стопам твоим, преклонить пред тобою колена и замереть в безмолвии. Хочу осыпать тебя поцелуями, и в этих поцелуях души моей истаять и расточиться. Ах, как люблю я, как люблю я брови твои, нежная, желанная Лилит! Брови твои - свод, подобный радуге. Подобный радуге свод - брови твои над небом очей твоих. В небе очей твоих зримы мне млечные пути, где пылают тысячи тысяч солнц. Очи твои, горящие пламенем тысячи тысяч солнц, сжигают душу мою. Взирая в очи твои, да забуду я себя, да забуду весь Эдем, взирая в очи твои.
И поцеловал он очи Лилит, и поцеловал брови и ресницы ее.
Но безучастна к ласкам Адама была Лилит, об ином размышляла она.
- Что находится по ту сторону рая, Адам?
- Там земля, сухая и тернистая. Да сгинет земля - люблю я шею твою, Лилит. Бела и высока шея твоя, белее и выше тех нежных, стройных берез, что растут у райских врат.
И Лилит со смехом в глазах вытянула шею, и поцеловал Адам шею ее и вновь поцеловал со страстью.
- А кто живет на земле, Адам?
- Там живет Сатана, Лилит, но да сгинет Сатана. Безумно люблю я уста твои, Лилит. Уста твои - чудо рая, Лилит.
- А кто такой Сатана, Адам? - прервала Лилит его сердечные излияния.
- Он супостат господа. Был он огнезарным ангелом, прекрасным и мудрым, но восстал он против бога, ибо возжелал быть равным ему. И господь покарал его: низверг его и подобных ему с небес, заклеймив их вечным проклятием. И да будут они прокляты!.. Люблю я уста твои, уста твои - нектар, исполненный неисчерпных и бездонных соблазнов, наслаждений неизреченных, где золотая пчела собирает мед наисладчайший. Голос твой - любвеобильные песни всех соловьев, нежнее щебета всех птиц голос твой. В едином сладостно-нежном лобзании уст твоих - наслаждение, раю всему равное, постижение вселенной и вечности - в едином лобзании уст твоих...
И сложил Адам горящие страстью уста, дабы поцеловать уста Лилит, но она ладонью своею прикрыла уста Адама и, с силой оттолкнув его, одним прыжком вспрянула на ноги.
Адам обмер и пал наземь.
- Мне хочется спать, - сказала Лилит. - Жду тебя завтра на берегу озера.
Вспорхнула подобно птице и скрылась в ночной темноте.
Затуманенным взором смотрел Адам вслед удаляющейся, искрящейся, сверкающей Лилит.
Утром Адам открыл глаза, увидел себя на земле - и не было рядом Лилит. Почудилось ему, что он еще дремлет. Вновь смежил он глаза - и не было рядом Лилит.
И внезапно вспомнил он последние слова Лилит. Быстрыми шагами поспешил он на берег озера, и, пристально смотря на все тропинки рая, стал ждать.
Сердце его колотилось от каждого шага лани, от каждого дуновения нежного ветерка, шелестящего в ветвях, тревожилось сердце его. Так в нетерпении прождал он до заката - и Лилит не пришла.
Отчаялся Адам и простерся на траве, смежив очи и мечтая о Лилит.
И стал ему внятен некий тихий голос в прибрежных тростниках; и подумал он, что томится там чье-то сердце.
Поспешно встал он, срезал тростник, проделал в нем лады и затирал.
Не звуки, а само горящее любовью сердце Адама капля за каплею стекало из горла тростника, став слезами и желанием, желанием и ропотом.
И пел он:
Лилит, Лилит, ты судьба моя!
Что без тебя бессмертие?
Ты - сладострастия рай, Лилит,
Ты - единственный рай чудес и волшебств,
Ты - мечта, восторг и чары, Лилит,
Ты - несказанная тайна, Лилит,
Источник солнечный ты, Лилит,
Источник всех соблазнов земных,
Дарующих жизнь и страдания,
Непобедимая женщина
Лилит, Лилит. вечная Лилит...
Ночь напролет бродил без сна Адам и пел о мучительной тоске своей, сжигающей сердце его. И на другой день вновь не явилась Лилит. Весь день бродил и стенал Адам. Горел он и жаждал, и ни единый студеный райский родник не в силах был остудить сердце его.
И решил Адам, что при встрече с Лилит бросит он ей тяжкие слова упрека, все ей прямо выскажет и даже пригрозит именем господа. Столь измучена была душа Адама, столь сильно измучена.
На закате же из гущи зарослей внезапно явилась Лилит во всеоружии чар своих, и пышно были украшены все прелести тела ее.
Как безумный, метнулся Адам к Лилит, в единый миг забыв весь гнев и все решения свои.
- И увидел он, что оживлена и резва Лилит и бежит она за извивающимся, черноблещущим змием, не отрывая от него взора.
Устремился за нею Адам и закричал, что было мочи:
- Остановись, Лилит, куда ты, остановись!
- А тебе что за дело, куда я иду? Что ты меня преследуешь? - гневно отвечала Лилит.
- Как это - что за дело? Ведь сам господь повелел мне следовать за тобою, а тебе - быть покорной мне, неправда ли?
- Мне - быть покорной тебе? Да кто ты, кто? Сгинь с глаз моих, ком ничтожной земли! - презрительно воскликнула Лилит, взметнулась в воздухе подобно пламени и исчезла.
Потерял терпение Адам и направился к богу - жаловаться.
- Господь мой, что за подругу даровал ты мне? - молвил Адам, сдерживая гнев - Ни разу не повиновалась она приказу твоему, не подчинилась мне. Соблазняет она меня, распаляет и, оставив неутоленным, скрывается. Сгораю я, когда я вдали от нее, сгораю и рядом с нею. Злой огонь она, язык огня палящего, мучаюсь я, истаиваю...
И бог успокоил Адама и проводил его. И призвал к себе Лилит. Но Лилит не явилась на зов господа. Прогневался бог и послал ангелов Сеноя и Сансеноя, дабы разыскали они непокорную Лилит и привели ее к престолу его.
И привели к нему Лилит. И, потупив взор свой, стала она пред господом. И творец пригрозил ей, молвив:
- Создал я Адама из земли и тебя - из огня, дабы вы дополняли друг друга. Должна ты любить его и тем паче быть покорна ему, супругу твоему, ибо для него создал я тебя. Когда же не покоришься ему, знай, что сурова будет кара моя. А теперь отправляйся к Адаму. Таково желание мое...
На берегу ручья, под ивой, опустив чело на ладонь, грустно сидела Лилит. Нежно печален был лик ее, бледный, словно жемчуг. И увял венок из райских роз в кудрях ее...
Адам ждал ее возвращения. Подошел он и сел рядом с нею, взял со страхом холодную руку ее и, сама нежность, еле слышно прошептал:
- Лилит, душа души моей, отчего ты грустна, отчего ты так грустна? Отчего не улыбнешься ты, моя нежно-прекрасная? Ах, сверкающая подобно солнцу Лилит, отчего ты безмолвствуешь? Или не ведаешь ты, что живу я только любовью твоею? Сожми сердце мое - и выжмешь из него лишь любовь мою к тебе, лишь любовь мою к тебе и ничего более. Любовь моя к тебе объемлет всю вселенную, всю вселенную...
И с беспредельным вожделением поцеловал он края кудрей Лилит и провел златоогненными кудрями ее по очам своим.
Но безмолвна и безучастна была Лилит, и взор недвижных очей ее был устремлен вдаль.
- Лилит, нежная моя, пойдем в шалаш мой, там приготовил я тебе трапезу из плодов наилучших. Нектар я взял у цветов и мед сладчайший - у пчел. Розами убрал я опочивальню твою. Отойдешь ты ко сну с самыми счастливыми грезами, и до рассвета я буду тебя стеречь у ног твоих. До рассвета буду я играть на свирели, дабы прилетели к нам нежные соловьи и канарейки, бабочки и райские птицы и будут петь и плясать и увеселять они тебя.
Но безмолвна и безучастна была Лилит.
Обнял ее тонкий стан Адам, поднял ее на руки и отнес в шалаш.
Утомлена была Лилит от волнений сердца. Устрашил ее недовольный взор господа. И безропотно возлегла Лилит на цветочном ложе.
Положил Адам голову ее на колени свои и восторженно, зачарованно взирал да хрустальную наготу Лилит, простертой на листьях пылающих пурпуром роз.
Смежила очи Лилит, и кротка была она и покорна подобно газелям, которых страшит и шелест цветов. И была она бледна подобно жемчугу. Ласкал Адам тело Лилит и шептал себе:
- Безумию, безумно люблю тело твое, ибо дивно сотворено тело твое. Светло тело твое, светлее, нежели блеск молнии во тьме ночей. Сосуд всех совершенных даров - тело твое, сад несравненный - тело твое, сад всех содроганий и желаний огненных. Благоуханнее тело твое, нежели мускус косуль эдемских, благоуханнее жасмина и лаванды, нарцисса и гиацинта, всех сладостных благовоний их, тропы райские в мечты погружающих. Благоуханнее перси твои, нежели нарциссы, росою небесною покрытые, нежели бальзам и ладан, что стекают с дерев Эдема, окропляя шаги господа.
И огненными устами лобзал Адам тело Лилит и вдыхал благоуханную свежесть его, и свежее было оно росы на кустах и травы в первые дни творения.
И огнепламенными перстами лобзал Адам перси Лилит и, душу свою изливая, говорил:
- Безумно, безумно люблю перси твои, Лилит, о ты, что совершеннее ангелов. Перси твои - два светозарных снопа нежноуханной гвоздики, двумя девственными розами увенчанные, два снопа, в безумие приводящих, с ума сводящих, и опьяняют они душу мою и разлучают с телом душу мою...
И поцеловал Адам перси Лилит и трепетными устами поцеловал печати персей ее.
Смежила очи Лилит, безучастна была она и не внимала Адаму.
- Лилит, Лилит, божественная Лилит, позволь мне поцеловать уста твои. В едином лишь бездонном лобзании уст твоих - наслаждение, раю всему равное, постижение вселенной и вечности - в едином бесценном, несравненном, неизреченном лобзании...
И забыл сам себя Адам, и ничего более не существовало для него. И были только уста Лилит, что лобызал Адам без насыщения и прекращения; впивая всю сладость Лилит, всю сущность ее, не насыщался Адам - и истаяла душа Адама, расточаясь в беспредельности лобзаний...
И внезапно изогнулась Лилит, освободилась от изнурительных, безумных, страстных до крови поцелуев Адама, метнулась прочь из шалаша и скрылась в лабиринтах ночного рая.
Адам лишился чувств и так пролежал до рассвета.
Когда же пришел он в себя, то вспомнил, что скрылась Лилит во тьме ночной.
И с разбитым сердцем воспрянул Адам.
Попытался он вновь разыскать Лилит, еще раз умолить ее, дабы не покидала она его.
Жалостливо, моляще выкликал он сладостное для него имя Лилит и слышал лишь гулкие отзвуки голоса своего.
Повсюду искал он ее: на берегах озер и у родников, в садах и пещерах. И нигде, нигде не отыскал следов Лилит.
Долго, долго блуждал он по тропам, где ступала Лилит, с тоскою целуя землю и травы, которых касались стопы Лилит.
Долго, долго просиживал он в тех местах, где обитала Лилит, и смежал очи, дабы увидеть Лилит.
И в видениях его Лилит представала ему желанной, еще более желанной, недоступно желанной.
И от видений этих с болью в сердце пробуждался Адам и, как безумный, метался, метался...
И достиг он границы рая, по другую же сторону ее простиралась земля, пустынная, необитаемая.
Очень устал Адам. Присел отдохнуть.
И, обхватив руками голову, скорбел он о мучительной доле своей и растравлял себя воспоминаниями о незабвенных и недоступных прелестях Лилит - и вдруг, точно во сне, услышал он радостный, светлый смех, подобный зову весны, и от этого смеха пуще забилось сердце его.
С упованием устремил он взор туда, откуда доносился смех... И увидел нечто страшное, то, что подобно черной молнии, затемняя и прожигая, до самого дна пронзило душу его.
Со стороны тернистой и мрачной земли, над стеною рая увидел он лик Сатаны, черно-блестящие очи его, злые, коварные.
И увидел Лилит: повисла она у Сатаны на шее, и кудри ее убраны были цветами, источающими любострастное благоухание.
И с беспредельным желанием лобзала Лилит уста Сатаны. И оба смеялись, довольные и счастливые.
Адам обезумел от ревности и возопил во гневе:
- Ты ли это, Лилит, Лилит, Лилит?..
И услышал он страшный, победный хохот Сатаны, что подобно грому прогрохотал над головой его.
И увидел, как Сатана обнял Лилит и скрылся с нею среди просторов земли.
И ослепли очи Адама, ничего не увидели больше они...
Обезумел Адам, бродил, не зная покоя, по уединенным уголкам Эдема. Опустел для него Эдем, и пение птиц тяготило его.
- Лилит, Лилит, ах, Лилит, - воззывал он, стеная и плача, и плач его колыхал и опалял листву.
Каждою ночью в ужасных снах представала ему коварная Лилит в объятиях Сатаны.
И душа Адама лишилась надежды и, проклиная бога и бессмертие, возжелал он себе кончины.
И внял господь стананиям Адама и, преисполнясь к нему жалостью, размышлял о том, что невозможен союз устремленного ввысь огня со льнующей в земле перстью.
И погрузил он Адама в сон и из ребра его создал ему новую подругу - Еву - чтоб по происхождению своему была бы Адаму покорна, могла бы любить только его и умела бы утешать его.
И отверз очи свои Адам и увидел рядом с собою новую подругу, не столь совершенную и огненно-прекрасную, как Лилит, но тоже прекрасную - и прекрасную по-человечески, наделенную душой человеческой.
И подошла Ева к Адаму и положила голову ему на плечо и нежно ему улыбнулась, устремляя преданный взор в ответ на грустный, мечтательный взор Адама.
Но Адам, сидя рядом с Евой и внемля шелесту розовых кустов, слышал в нем дыхание Лилит. В благоухании роз являлось ему благоухание Лилит, в песнях соловьев - голос Лилит.
Когда добрая Ева ласкалась к Адаму и черными кудрями своими закрывала ему лицо, то видел Адам лишь златоогненные кудри Лилит, закрывавшие весь небосвод.
Когда налетала буря, то видел он Лилит, стремительно идущую к нему, и когда молния раскалывала небо - то была огненная любовь Лилит, и раскалывала она душу Адама.
Когда смежал он очи свои, представал ему бесконечно прекрасный образ Лилит: когда взирал он на звезды - в звездах видел он очи Лилит, в бездонном же солнце - всю Лилит...
“Ева” звучало на устах его, но душа отзывалась: “Лилит”.
И когда он тщился забыть о Лилит и обнимал верную Еву, прижимал ее к груди и целовал - в те же миги в объятиях своих он видел Лилит, целовал Лилит, ощущал Лилит, только Лилит...
И жил Адам, ожидая и вожделея только Лилит, и умер Адам, стеная и мечтая лишь о Лилит.

1923 г. Венеция

0


Вы здесь » Сама себе Ведьма » ДЕМОНОЛОГИЯ » Лилит


Рейтинг форумов | Создать форум бесплатно © 2007–2017 «QuadroSystems» LLC